К тому времени, как я спустился вниз, меня уже ждал водитель. Я готовился в своем пентхаусе, подозревая, что отец пришлет водителя. Пока я скольжу на заднее сиденье, я думаю, осознает ли он, насколько предсказуем на самом деле. Знает ли он, как легко я могу предугадать, что он сделает дальше.
Это не имеет значения, мрачно думаю я, разглаживая руками накрахмаленную ткань костюма. Мне все равно не удалось сбежать."
"Все три моих брата на вечеринке. Лев ждет меня на причале, как раз, когда яхта готовится к отплытию.
Излишества моего отца уже вовсю демонстрируют себя — почти голые женщины, разносящие напитки и подносы с наркотиками, миллиардеры в костюмах, развалившиеся на диванах, женщины на их коленях, нюхающие наркотики, делающие шоты. В воздухе звучит музыка, и я вижу своего отца на дальнем конце палубы, который с кем-то увлеченно беседует, пока яхта отчаливает, выходя на воду, чтобы провести остаток ночи.
Я уже бывал на вечеринках отца. До этого я никогда не возражал против наркотиков и излишеств, я даже принимал в них участие.
Кайф, женщины, наркотики или моменты удовольствия — все это делает пребывание рядом с моей семьей в течение всего этого времени гораздо более терпимым. Но сегодня все это вызывает отвращение.
Шарлотта дала мне попробовать что-то другое. Заставила меня жаждать чего-то другого. И теперь это что-то другое — все, чего я хочу.
Я пересекаю палубу и иду к отцу, зная, что он захочет меня видеть. Нет смысла откладывать неизбежное. Его каменный взгляд окидывает меня, вглядываясь в почти зажившие раны на моем лице, и он кивает.
— Выглядишь лучше. — Говорит он, и я пожимаю плечами.
— Что я могу сказать? На мне все хорошо заживает.
— Хороший мужчина из Братвы умеет как принимать удары, так и наносить их. — В его взгляде есть что-то почти одобрительное, как будто моя способность принимать удары как-то возвышает меня в его глазах. От этой мысли у меня сводит желудок, и мне приходится бороться, чтобы скрыть свое отвращение. — Убери это кислое выражение с лица.
— Говорит он категорично, и я понимаю, что не совсем преуспел. — Я пригласил тебя сюда сегодня, чтобы дать тебе понять, что ты прощен. Ты покаялся, понес наказание. Теперь наслаждайся. — Он взмахивает рукой, указывая на вечеринку, устроенную на яхте. — И поговори с Львом, прежде чем предаваться излишествам, — добавляет он, его каменный взгляд на мгновение задерживается на мне, не мигая. — Ему есть что тебе сказать.
Я, блядь, не могу дождаться.
