Эта жизнь – их последний шанс встретиться, – ее голос стал совсем робким, едва разборчивым.
– Это их шанс и их жизнь, ты не должна встревать в чужие судьбы, – безразлично обронил Вольга.
– Но как же так! – воскликнула Дарена, пытаясь быть смелой, но вновь почувствовала себя рыбацкой лодкой в грозном ледяном море. – Я из-за них и осталась!
– Из-за себя ты осталась. Идем, дитя, ты понесешь наказание за то, что пыталась влезть в чужие судьбы.
– Я не могу! Я ведь заключила договор, что мне разрешат трижды помочь им попытаться встретиться, если я останусь тут и буду служить у вас! – отчаянно воскликнула Дарена, со слезами в глазах глядя в сторону Насти и Яра, которые, кажется, вот-вот должны были распрощаться.
Стоят, глупые, смотрят друг на друга чужими взглядами и не знают ничего…
– Я помню это. Но также помню, что ты использовала все свои шансы. Все три узла. Однако я также вижу, как сильно ты нарушила уговор. Отдай, – вдруг суровым голосом произнес Вольга и протянул руку с цепкими мраморными пальцами.
– Что? – от отчаяния попробовала схитрить девочка.
– Нити.
– Какие нити?
– Какие взяла, такие и отдавай.
– Ну, пожалуйста, – взмолилась Дарена. Ее ресницы намокли от подступающих ледяных слез и слиплись. Ярослав, Ярик, Яр, ну почему ты такой дурак?! Ну, сделай же что-нибудь!
Вольга покачал головой, сделал плавное движение рукой, протянул ее вперед, и к нему на широкую сухую ладонь упали две нити – красная, неистово искрящаяся, и белая, звездная.
– Сколько узлов навязала.
– Первая эмоция – неодобрение – мелькнула в голосе Вольги. Он махнул второй рукой, и узлы сами собой стали исчезать.
– Дайте мне… им шанс! – выпалила Дарена, с ужасом глядя на то, как плоды ее многочисленных трудов исчезают, растворяются в воздухе.
– В обители тебе объявят о наказании. – Пара узлов все-таки не исчезла – продолжала связывать белую и красную нити, и Вольге это не очень понравилось. Видимо, разрушить их было не в его власти. Скорее всего, судьба уже взяла на заметку эти узлы как должное, запустив колесо случайностей.
– Но я всего лишь хотела искупить свою вину перед ними и отправиться дальше! Почему же три раза можно, а больше – нельзя? Посмотрите на нее! Чем она не заслужила свое счастье?! – срывался голос девочки, слезы стекали с ее бледных щек и в замерзшем воздухе превращались в темные маленькие, с рваными краями круглые отверстия – как будто бы корку льда пробивали пули."
"Старый дух даже и не думал слушать Дарену.
