Мойра, я – Роза, а это моя мама, Тереза, помнишь нас? Мойра?
Тереза с отвращением посмотрела на пьяную невестку.
– Да она так нализалась, что ничего не соображает.
Лицо Мойры выглядело ужасно: разбитая губа распухла, на щеке начинал проступать темный синяк. Она сфокусировала взгляд на Терезе.
– Послушай, там… – она неопределенно махнула рукой, – есть холодильник, можешь принести мне лед?
Тереза сложила руки на груди:
– На кого ты похожа, постыдилась бы!
Проигнорировав ее выпад, Мойра ткнула пальцем в сторону шелкового китайского халата.
– Передай, а? – Она громко рыгнула. – Я чувствую себя так, как будто меня переехал грузовик, но и ему тоже от меня досталось. Я сегодня выиграла, а этот гад хотел отнять мои денежки!
Тереза швырнула Мойре халат.
– Однако ты не долго горевала, – заметила она ледяным тоном. – Тело Фредерико еще не остыло в могиле…"
"– Остыл он или нет или вовсе перевернулся в гробу, один черт, он все равно мертв! Мне просто надо было потрахаться! И не вешайте мне лапшу на уши, что надо ждать! Хватит, я только и делала, что ждала, ждала… Эта сицилийская сука не подходит к телефону, не отвечает на мои телеграммы… Как я живу – никого не касается, это мое дело!
– Это касается всей семьи, не забывай, ты – Лучано.
Если Грациелла узнает, как ты тут развлекаешься…
– Развлекаюсь? Что это с тобой? Не надо строить из себя сестру папы римского, мы все знаем про твоего мужа. Или теперь ты объявила его святым? Да мне насрать на этих Лучано, все это в прошлом…
Тереза поспешно вытолкала дочь из комнаты, потом вернулась и серьезно обратилась к Мойре:
– Хочу, чтобы ты знала, Мойра, если до конца месяца от Грациеллы не будет известий, мы сами отправимся на Сицилию.
Я хотела предложить тебе поехать с нами, но сейчас вижу, что тебе лучше держаться от нас подальше.
Не дожидаясь, пока женщины уйдут, Мойра разразилась потоком грязных ругательств. «Ну нет, – думала она, – я не дам этой ханже Терезе первой добраться до Грациеллы! Если они полетят в конце месяца на Сицилию, то и я тоже».
София узнала, что Константино не только по-своему манипулировал ее бизнесом, но и с самого начала знал о ее ребенке. Она поняла, что была марионеткой в чужих руках. А кто в действительности дергал за ниточки? Ей не к кому было обратиться за советом или хотя бы за утешением, и от этого становилось еще тяжелее. Софии казалось, будто щупальца гигантского хищного спрута опутали все ее тело и даже мозг.
