Он тоже выглянул в окно, потрогал веревку и тихо спросил:
– Ты веришь ему? Что он предлагает?
– Спуститься на карниз, а потом он выведет к лошадям.
– Почему Нафтулла хочет помочь нам? – недоверчиво прищурился молодой шейх. – Ведь это именно он заманил тебя сюда!
– Я еще не расплатился с ним за эту услугу, – печально усмехнулся капитан. – А он надеется получить еше. Кстати, нам нужно быстро решать: спускаемся мы или нет? Торговец не может ждать!
– Я возьму отца на спину, – быстро решил Али-Реза.
– Нельзя оставлять его.
– Тогда спускайтесь первыми. – Федор Андреевич показал переданный Нафтуллой кинжал. – Если стража, поднимет тревогу, я попробую их задержать. Скорее, не то торговец уйдет…"
"Стараясь не шуметь, пленники разрезали кинжалом часть одежды и привязали старика к спине сына. Самым трудным оказалось протиснуться в узкое окно: слепец был высоким и костистым, Али-Реза тоже отличался крепким сложением, поэтому пришлось потратить драгоценное время, пока молодой шейх с отцом за спиной вылез наружу, уцепился за веревку и повис над бездной.
Видимо, Нафтулла понял, что пленники решились бежать и начали спуск, поэтому он снизу натягивал канат, не давая ему раскачиваться. Наверху, как мог, помогал Федор Андреевич. Вся затея с побегом при содействии коварного торговца казалась ему сущим безумием, но что еще оставалось делать? Лучше болтаться на веревке над пропастью, чем на виселице или лезть на верную гибель в схватке со стражниками.
Выдержит ли молодой шейх страшное напряжение спуска с отцом за плечами? При всей силе и ловкости Али-Резы в кромешной тьме спускаться на узкий карниз над пропастью непростое занятие – одно неверное движение, и даже отчаянный предсмертный крик поглотит глубокая пропасть, горы сохранят мрачную тайну. И сможет ли спуститься сам Федор Андреевич? Вдруг, как раз в тот момент, когда он начнет спускаться, стража войдет в комнату? Они увидят болтающуюся за окном веревку и сразу все поймут: чего им стоит рубануть по ней саблей? Зачем тогда тебе сила и ловкость?
Казалось, Али-Реза спускался целую вечность – так томительно-медленно текло время.
Капитан уже весь извелся в ожидании условного сигнала: если все в порядке, молодой шейх должен дважды сильно дернуть за веревку. От нервного напряжения на лбу Федора Андреевича выступила легкая испарина.
