– Впрочем, ладно… Его надо перехватить в любом случае. Ты ушел без шума?
– Да, через окно, – кивнул Рико.
– Приведи себя в порядок.
Мсье Фиш взял шляпу и трость, еще раз критически оглядел приятеля и вышел, неслышно притворив за собой дверь.
Шарль допил вино, поставил пустую бутылку на подоконник, положил рядом револьвер и дубинку, потом снял сюртук и подошел к умывальнику. Разглядывая свое отражение в зеркале, Рико ругался сквозь зубы проклиная всех святош. Намылив щетку, бандит начал старательно смывать чернильные пятна с физиономии а потом завалился на кровать, сунул в рот сигару и закинул руки за голову.
Теперь оставалось только ждать возвращения хитроумного нотариуса. Интересно, что тот принесет в клювике?
Мсье Фиш вернулся меньше чем через полчаса. Знаком приказав Шарлю собираться, он сообщил:
– Наш клиент не пошел в полицию. Это уже благо. К сожалению, мы проворонили его: он заходил в гостиницу.
– Неужели? – удивился Рико.
– Да, – подтвердил Эммануэль. – В шестом номере остановился секретарь епископа.
Мне удалось узнать, что попик занял у него денег и ушел. Но домой он не возвращался.
– Думаешь, отправился к Лоренцо? – предположил бандит.
– Вот именно! Ты его спугнул, и теперь он торопится предупредить своего благодетеля об опасности. Но старается он напрасно: синьора Лоренцо наверняка нет на месте. – Фиш самодовольно усмехнулся. – Ты готов? Тогда, быстро на почтовую станцию: вытащим его на улицу и…
– Больше не уйдет, – мрачно пообещал Рико. Выйдя из гостиницы, они заторопились к почтовой станции.
Уже совсем стемнело, и зажглись редкие уличные фонари. Городок словно вымер: обыватели предпочитали проводить вечера у родного очага. Только в центре еще попадались прохожие, слышался женский смех и стук колес экипажей.
Здание почтовой станции освещалось двумя фонарями над входом. Нотариус предложил Шарлю обождать за углом, а сам решил зайти внутрь и посмотреть: нет ли там отца Франциска. А заодно и справиться, когда уходит ночной дилижанс: не исключено, что попик задумал схитрить и появится непосредственно перед самым отправлением.
И Эммануэль вошел в здание станции. Однако он вскоре выскочил на улицу, отыскивая приятеля.
– Я здесь. – Бандит вошел в круг света. – Он там?
– Нет, – отрицательно мотнул головой нотариус. – Мы опять его упустили: он не стал дожидаться последнего дилижанса, а напросился в попутчики какому-то проезжему господину. Перевалы давно свободны от снега, и на станции слышали, как попика обещали довезти до Турина.
