По полной программе и даже с избытком…
– Не переживай. Делу только на пользу пойдет, если мы подарим Ивану Александровичу Самойлову несколько спокойных часов, – загадочно улыбнулся полковник Морозов. – И тебя заодно успокоим. Возможно, свою мстительность ты еще сможешь удовлетворить. В городе остался только один, скорее всего, старший в группе. Остальных он отправил к Самойлову, пообещав приехать, вероятно, завтра. Ждет какого-то сообщения относительно тебя и твоей семьи. И без этого не уедет.
Кстати, интересно, кто и что может ему сообщить? Не забудь чуть позже позвонить своему Виноградову, чтобы он поинтересовался…
– А если он получит данные телефонным звонком?
– Спутник звонок зафиксирует. Пока не отпадет необходимость, номер будет под контролем. Дорого, но это обязательно.
– А такие данные откуда, про информатора?
– Есть продолжение этого разговора. Вернее, не этого, а другой разговор того же абонента с того же телефона, но уже с Алишером Наримановым.
После звонка Самойлову управление космической разведки и этот номер, естественно, сразу поставило на прослушивание. И результат налицо. Однако об этом позже. Сначала я хотел бы выслушать твое мнение по первому разговору. Что можешь предположить?
– У меня возникло сомнение в участии Самойлова в убийстве отца. Возможно, что звонивший ему и есть главный убийца, а Самойлов был или наводчиком, или кем-то подобным. Может быть, даже просто свидетелем.
– Подполковник Совкунов присылал нам запись твоего разговора с подполковником Елизаровым. Елизаров говорил тебе, что один из убийц звонил Нариманову. Из разговора было ясно, что действовали они вместе с Самойловым. Но саблю везли эти убийцы. Везли, видимо, в машине. Как она оказалась у Самойлова? А я все же так понял, что она у него.
– Да, я запись того разговора видел, Елизаров показывал мне распечатку. Потом, кстати, всякую мелочь отдал, а распечатку у себя оставил.
– Да, запись твоего разговора в гостинице у нас тоже есть, когда он тебе свои страшные тайны выдавал. Получив их, кстати, от нас… Что еще скажешь?
– Предполагаю, что вопросов накапливается все больше, а ответов на них становится все меньше. И когда будут ответы – непонятно. По крайней мере, трудно рассчитывать, что они появятся до моего прямого контакта и, возможно, «сотрудничества» с Иваном Александровичем.
