Могут отнять в госпитале…
Они вышли, прошли мимо Лунина. Доктор раскрыл дверцу санитарной машины, заглянул внутрь, показал Проскурякову. Санитары вынесли Серова на носилках — закутанного, прямого, длинного, неподвижного. Лунин хотел еще раз увидеть его глаза, но глаза его были закрыты. Носилки с Серовым внесли в машину, доктор уселся рядом с ним, дверца захлопнулась, и машина покатила между двумя рядами изб.
— Майор, — сказал Проскуряков Лунину, — пойдем посмотрим, как живут ваши техники. А то приедут со знаменем — могут поинтересоваться.
— Есть! — ответил Лунин.
Теперь он один остался из всех рассохинцев и обязан был довести их дело до конца.
5
День был темный, хмурый; казалось, что всё еще утро, что вот-вот рассветет, но так и не рассвело даже к обеду, а после обеда стало еще темнее.
Ховрин сидел у себя в избе и писал, когда за окном у раздвоенной березы остановилась машина. Раздался стук шагов на крыльце, и в избу вошел Уваров.
Ховрин сразу всё понял.
— Уже? — спросил он, вставая.
Уваров был бледнее и сдержаннее, чем обычно.
— Надевайте шинель, — сказал он. — Поедемте со мной. Вам надо это видеть.
Он усадил Ховрина рядом с собой в машину, и они поехали.
— Вы знаете, кто привез полку новое знамя? — спросил Уваров.
— Командующий ВВС?
— Нет!
— Кто же?
— Жданов!
Впереди шла другая машина — большая, черная.
Белое поле аэродрома, окаймленное почти невидимым в сумерках лесом, казалось огромным и пустынным. Теряясь в этом огромном белом пространстве, на краю аэродрома чернела короткая цепочка людей.
Это авиаполк стоял в строю.
Пока машины шли по краю аэродрома, Ховрин жадно смотрел в окно. Вот он, весь полк. Вот эти два промежутка разделяют между собой эскадрильи. Первая, вторая, третья. Эскадрильи построены в два ряда — сзади техники, впереди летчики. Вот это — все летчики, оставшиеся в полку, несколько человек… Перед техниками второй эскадрильи только один летчик — Лунин…
Командование полка — Проскуряков, Ермаков и Шахбазьян — стояло отдельно. Рядом со своим комиссаром и начальником штаба Проскуряков казался гигантом.
Обе машины, подкатив, остановились.
Первым из передней машины вышел Жданов. Полк узнал его. Один из руководителей партии здесь, на аэродроме! Этого не ожидал никто.
Вслед за Ждановым из машины вышел командующий ВВС, невысокий и несколько грузный, а за ним адмирал — тонкий, стройный, в черной с золотом шинели, — с новым знаменем в руках. Он передал его Жданову. Ветер шевельнул тяжелое полотнище.
