— Банк-то зачем ограбили, идиоты? Зачем портал засветили?
— А банк мы вообще не грабили, — затараторил одноглазый, — это кто угофно пофтверфит! Кто угофно! В нашей семье отрофясь негров не было!
— Каких еще негров? — поморщился барон. — Не морочь мне голову. Кувалда, ваши красные тряпки отлично видны на камере наблюдения.
— Не было нас в банке!
— На ваше счастье, — холодно прервала объяснения одноглазого королева, — у меня нет времени разбираться с этим происшествием. У Красных Шапок есть замечательная возможность сгладить сложившееся негативное мнение.
— Сфелаем все, что ты прикажешь!
— Немедленно прекратить грабежи.
— Я уже префпринимаю все усилия, чтобы обузфать своих бойцов, — отчаянно закивал головой фюрер. — Мы сегофня же повесим пару-тройку зачинщиков.
— Правильно, — одобрила королева, — но этого недостаточно. Собирай своих бойцов, Кувалда. Зеленый Дом объявляет предвоенное положение, и Красные Шапки переходят под командование барона Мечеслава.
— Война?"
"— Еще нет, но возможно.
Начиная с сегодняшнего дня все твои бойцы, пришедшие на службу, будут получать жалованье по расписанию предвоенного времени.
— Первые отряфы прибуфут в распоряжение барона в течение часа, — пролепетал не верящий своему счастью Кувалда. — Мы готовы сложить головы во славу великого фома Люфь!
* * *Коттеджный поселок «Страна Чудес».
Ближнее Подмосковье,
30 сентября, суббота, 13:02
Удивление, которое вызвал этот неожиданный визит, не поддавалось описанию.
Автандил то и дело ловил на себе ошарашенные взгляды охранников, но никак не реагировал на них. Его собственные телохранители, оставшиеся за воротами особняка, пребывали в точно такой же прострации — они не ожидали от своего босса подобной бесшабашной глупости. Да и никто не ожидал, что Автандил Гори, наследник Вахтанга Риони, в одиночестве, пешком придет в дом Чемберлена, спокойно представится охранникам и попросит доложить хозяину о своем визите.
Чемберлен принял конкурента в гостиной.
Он не подал Автандилу руки, не стал фальшиво улыбаться или выражать соболезнования по поводу трагической судьбы Валико Далеко. Он просто вошел в гостиную, молча кивнул на кресла у пылающего камина, уселся в одно из них, кутаясь в толстый, подбитый мехом восточный халат и, глядя на огонь, негромко заметил:
— Осенью всегда мерзну. Зимой никогда, весной никогда, а осенью — постоянно.
— Осенью влажно очень, — подумав, сообщил Гори.
