Укрыл пледом, вышел и вернулся со стаканом воды. Я следила за ним сквозь мутную пелену слез.
– Вы тоже думаете, что это моя семья? – спросила я.
– Если хорошо подумать, то нет причины, по которой это убийство было бы выгодно МакАлистерам. Дженнифер тоже была верующей католичкой – тоже «воин света», если угодно. Ее отец – полицейский, и это еще одна причина не делать глупостей. И еще ее характер – я неплохо разбираюсь в людях и одно время собирал информацию о ней тоже: она была просто… святой. Не знаю, какое еще слово подобрать.
Занималась благотворительностью, собирала деньги для приютов и лечения тяжело больных, проводила много времени в хосписах… Убить ее – как Богу в лицо плюнуть. Так что не думаю, что это был ваш отец. Но у Дэмиена могут быть свои соображения.
– Дэмиен – как он? Я должна поговорить с ним. Я должна увидеть его, – приподнялась на локтях я. – Моя семья в опасности.
– С таким же успехом можно пойти и швырнуть себя под поезд, – ответил Харт.
– Он не тронет меня. Поэтому только я смогу остановить его.
– Вам не нужно видеть Дэмиена. И точка.
– Кто вы такой, чтобы решать за меня? – выпалила я. – Суженый? Жених? Драгоценный супруг?
– Вы мне нравитесь, Кристи! – перебил меня Харт. – Этого достаточно? И не для того я рассказывал вам все это, чтобы потом бросать землю на ваш гроб. Хотите остановить бойню – тогда оставайтесь живы. Ибо от вас мертвой проку не будет.
– Я вам нравлюсь? – переспросила я.
– Я в бешенстве от того, что из всего сказанного вы услышали только это, – сказал Харт, качая головой.
В этом внезапном признании, оброненном сразу же после ужасных новостей, было что-то гипнотическое и умиротворяющее. Словно по огромному черному озеру вдруг проплыла маленькая белая кувшинка.
– Спасибо, – зачем-то сказала я.
Он не ответил, ушел на кухню и принес чай. Я учуяла мяту и лемонграсс и сказала Харту, что вместо успокоительных трав предлагаю допить вино.
– Вино притупляет боль, – добавила я голосом врача, выписывающего рецепт.
– Алкоголь не притупляет боль.
Наоборот усиливает, – возразил Харт, но вино все-таки разлил по бокалам.
– Откуда вы знаете?
– Проверял.
Я не стала лезть к нему в душу. Взяла свой бокал, пробормотала: «Боже, храни Дженнифер» – и сделала большой глоток.
– Я хочу сходить в церковь и поставить свечу за здравие Джен. Есть особые молитвы, очень сильные, и они могут…
Харт сел рядом и заглянул мне в глаза.
– Кристи, какая церковь? Вам из дому вообще выходить не стоит.
