– Зачем? – шмыгнула носом Дуняшка.
– Есть мнение, – похлопал себя по урчащему животу аферист, – что там–то и окопался тот самый злющий враг всех светлых королевств, продавшийся Маргадору.
– Так там же Даромир живет, – выпучила глаза Дуняшка, которая, как всегда, все знала.
– Да? Жаль. Ему не повезло.
– Почему? – Дифинбахий еще не въехал в ситуацию.
– Потому что я хочу узнать, почем нынче родина. Маргадорцы платят хорошо. А, судя по размерам коттеджа, хозяин живет сытно. Внутри много чего можно найти.
Возможно, даже Ларец Хаоса. Заодно и подкормимся. Задача ясна?
– Ага, – радостно потер руки гигант, до которого наконец–то дошло. – Погоди, я сейчас за мешками сбегаю.
– Молодец, моя школа! – самодовольно улыбнулся аферист.
– Барин, а ты уверен, что он и есть тот самый злющий враг?
– Еще нет. На голодный желудок плохо соображаю. Дифи, отставить мешки. Некогда. Жрать очень хочется. За мной!
К огромному удивлению секретных агентов тайной канцелярии Гиперии, коттедж ректора Академии Колдовства, Ведьмовства и Навства не был защищен ни магически, ни физически.
Только Арчи этого сразу не понял. Знаменитый Арканарский вор застыл в полной прострации около добротной дубовой двери, закрытой на обычную деревянную щеколду.
– Такие замки я еще не вскрывал, – пробормотал он в изумлении, растерянно глядя на друга.
– Это делается так, – начал пояснять гигант. – Беремся за эту вот фигню и…
– Ой, барин, да у нас в Заболотной Пустоши все дома на такие замки запираются.
– Нетерпеливая Дуняшка повернула щеколду, открыла дверь и смело вошла внутрь.
– А у вас там что… приходи и бери все что хочешь? – Глаза афериста стали квадратными.
– Не–э–э, – прогудел Дифинбахий, – у нас за это сразу… того… ну разве что детишки там заскочат, плюшку со стола свистнут, так то дети. Это за воровство не считается. Миром живем. А ежели серьезно кто…
– Какое дикое баронство мне досталось, – закручинился Арканарский вор.
Ему вдруг резко расхотелось подавать нищим подданным Дуняшке и Дифинбахию содержимое этого особняка.
Чары Даромира, замешанные на родовой крови, заработали во всю мощь.
– Да тут и брать–то нечего. Как он в таком убожестве живет?
Действительно, жилище ректора Академии скорее напоминало келью монаха Трисветлого, чем шикарный особняк. Свет льется в узкое оконце на каменный пол. Серые мрачные стены, грубо сколоченный топчан в углу…
– Да он у нас аскет. – Арчи потерянно огляделся.
