Ладно, звякну тогда Феликсу, который обещал рассказать новость, но наша беседа стихийно прервалась. Странно, что Маневин сам не попытался соединиться со мной. Из телефона понеслось: «Добрый день, сейчас не могу…»
Я почесала макушку и посмотрела на часы. Понятно, мой профессор на семинаре. Что за известие у него? Этак от любопытства можно язву заработать.
Я покосилась на трубку и набрала номер Лизы.
– Ну? – раздраженно произнесла Басова. – Чего надо?
– Ты не автоответчик? – уточнила я.
– Нет, – в секунду разозлилась хакерша, – ты беседуешь со стиральной машиной.
Всех, кто мешает работать, я прокручиваю в центрифуге в режиме сурового отжима.
– Не кипятись, – попросила я, – этак всех клиентов распугаешь.
– Кому надо, тот останется, а кому не надо, пусть катится, – гаркнула Лиза.
Я сделала вид, что не слышала последних слов.
– Роешься в девяносто четвертом году?
– Да, – уже не так агрессивно отреагировала девушка.
– Что-нибудь нашла?"
"– Слово «армия» можно привязать к ДТП на Бортиковской улице.
Там в три утра был сбит тринадцатилетний подросток, он ехал на велосипеде.
– Паренек ночью поехал кататься? – удивилась я.
– Двадцать восьмое апреля того года выдалось теплым, – уже миролюбиво продолжала Луиза. – Подробностей пока не знаю, только наткнулась на это дело.
– А при чем тут армия? – удивилась я.
– Ребенок погиб около магазина «Армия красок», – объяснила Басова. – Водила влетел в витрину, а внутри ее висела табличка с наименованием, небольшая рекламка. По мнению следствия, она во время удара каким-то образом прикрепилась к автомобилю, и преступник с ней уехал.
Ну, это так, мелкий штришок.
– Вот тебе зацепка: серия ограблений обменных пунктов, два преступника, – сказала я. – Одного звали Андрей, на бицепсе у него татушка в виде лебедя. Поиском грабителей занимался следователь Владимир. Был свидетель, шестилетняя девочка Олеся Травникова. Одной из жертв стала ее мать, Роза Ильинична. Можешь поискать информацию о грабителях, их осудили и отправили отбывать наказание.
– Угу, – буркнула Олеся и отсоединилась.
Телефон мгновенно затрезвонил.
– Дашунечка, – засюсюкала Эвелина, – как наши делишки?
Трубка издала тихий звук, я взглянула на экран.
– Лина, можно, мы поговорим через пять минут? У меня вторая линия… Да, Феликс, привет.
– Привет, привет, – отозвался профессор. – Ты где?
– Неподалеку от Смоленской площади, – отрапортовала я. – Звонила тебе только что, но сработал автоответчик.
– В тоннеле ехал, – пояснил Маневин.
