– Вон в том желтом доме находится квартира Нины и Степана. Мы с тобой в двадцати шагах от их подъезда, а у тебя в сумке лежит «раритет».
– Какая сумка? – засуетился Игорь. – Не пойму, о чем ты говоришь!
Я быстро обошла его и схватила торбу за ручку.
– Вот она. Ну-ка открой!
– Там… Там книги! – взвизгнул Игорек. – По управлению… крупным бизнесом… я поехал в центр города специально, чтобы их купить…
– И приготовить любимым родственникам на ужин вместо макарон, – прошипела я.
– Отстань! – продолжал сопротивляться нахал.
– Маме на тебя пожалуюсь! Налетела на человека…
– Не смей звонить моим знакомым! – снова потребовала я, дергая на себя сумку. – Еще раз зайдешь в мою спальню, возьмешь со стола записную книжку, я тебя…
Договорить мне не удалось – скользкая ручка выскочила из пальцев, торба пошатнулась и упала на мою ногу.
На секунду мне показалось, что в Москве внезапно наступила ночь. Яркое даже вечером солнце померкло, зато в глазах запрыгали разноцветные огоньки.
– Ядро! – завопил Гарик.
– Оно стоит пять миллионов рублей, и если ты его испортила, тебе придется ущерб оплачивать! И…"
"Я оглохла и одновременно потеряла способность дышать. Тело будто укутал липкий резиновый плащ, стало очень холодно, потом, наоборот, жарко, и я наконец-то смогла втянуть носом воздух. В уши ворвался голос Гарика:
– Дашута, эй, тебе плохо? Вау, кровь…
Я пошевелила плечами. Противная резиновая ткань, прилипшая к спине, свалилась.
– Кто-нибудь! Помогите! – вопил Игорь. – Врача! Ей ступню оторвало!
Пошатнувшись, я ухватилась за багажник своей «букашки» и посмотрела вниз.
Обе ноги оказались на месте, но носок левой бежевой балетки из сетчатой ткани стал бордово-красным.
– Люди! – орал Гарик. – Сюда! Дашу машиной переехало!
– Прекрати, – прошептала я.
– Сейчас упаду в обморок, – застонал Игорь. – Мне плохо!
– Что случилось? – полюбопытствовала пожилая дама, типичная арбатская старушка с собачкой на поводке, вышедшая из дома, около которого стояли мы с Гариком.
– Ей ногу оторвало! – заявил Игорь.
– А у меня инфаркт начинается. Вызовите МЧС! Я не в состоянии, умираю от шока… Воды! Коньяка!
– Ох уж эти мужчины, – неодобрительно заметила бабушка, – никакой помощи от них в трудную минуту. Когда я сына рожать собралась и в роддом приехала, мой Владимир Иванович в обморок грохнулся, и врачи вместо того, чтобы мной заниматься, кинулись будущего отца спасать… Милая, вам, наверное, больно, но ножка на месте. Вероятно, вы сломали палец.
