– Меня это тоже удивило, – призналась Фиса, – но если по-воспитанному, положено говорить так…
– Наверное, в тексте должно стоять «ложе», – остановила я домработницу, – в книге опечатка.
– А-а-а… – протянула домработница. – Тогда понятно. По телефону я, оказывается, тоже некультурно беседую. Схвачу трубку и алекаю, а если вас дома нет, так и говорю. Хозяйка потом в Ложкино возвертается и допрос мне устраивает: кто ее искал, зачем, чего хотели? А я, балда балдой, моргаю. Воспитанная мадщен поступает не так. Я книжку изучила, основные советы записала и на кухне листок вывесила.
Теперь, когда домой пришлепаете и поинтересуетесь: «Мадщен! Кто выражал желание побеседовать с госпожой в отсутствие ее присутствия?» – я уже не стану зенки вылуплять и гундеть: «Фиг его знает, имя не назвал». Теперь я отвечу воспитанно: «Иван Иванович Иванов, гусар, родился в одна тысяча восемьсот семьдесят пятом году в городе Москва, не женат, детей не имеет, образование высшее, не курит, не пьет. Хотел побеседовать с э… сейчас в бумажку гляну, слово там заковыристое такое… э… вот… с проприатершей усадьбы на предмет его временного постоя».
"
"Я закашлялась. Труднопроизносимое для внезапно решившей стать благовоспитанной камеристкой Анфисы слово «проприаторша» я услышала впервые, но что-то мне подсказывало: оно родом из Франции, правильно звучит – proprietaire и в переводе на русский означает «владелица».
– Фиса, какого года издания пособие, которое любезно вручила тебе Зоя Игнатьевна? – поинтересовалась я, справившись с припадком коклюша.
– Ща позырю… – отозвалась Анфиса. И вскоре сообщила: – Совсем новое, в этом году напечатали.
– Кем? Назови автора учебника, – потребовала я.
– Маневина Зоя Игнатьевна, кто ж еще? – удивилась домработница. – Стала бы она мне чужую писанину дарить!
– Ага, понятно, – пробормотала я. – Ну ладно, про кредитку я запомнила, если других проблем нет, то поеду по делам дальше.
– Покедова, – отозвалась Анфиса. И вдруг заорала: – Стойте! Не швыркайте трубку!
– Что случилось? – испугалась я.
– Дремучая моя невоспитанность наружу выперла, – простонала домработница, – неправильно попрощалась. Погодьте-ка… Где ж оно? А, вот: «Мадщен произносит…»
– Кто такая «мадщен»? – с запозданием удивилась я.
Фиса недовольно пробурчала:
– Это я «мадщен», так воспитанно называют помощницу по хозяйству. По-хорошему хозяйке надо орать: «Мадщен! Топай сюда!» По имени горничную звать не положено.
– Мадщен… – задумчиво повторила я.
