С похмелюги, наверное. Болтает о чем-то с барменом.
– Ты чего, Берц?
Берц отвернулся, положил сигарету на край пепельницы. Взял рюмку с водкой, выпил.
– Я думаю, никакого Магомеда там нет, – сказал он почти трезвым голосом. – Все это фуфло. Там или ствол наставили, или яйца прищемили, не знаю… Короче, п…т Ниндзя чего-то.
– Да откуда ты это взял? – пробормотал Гвоздь.
Берц скосил глаза на «ежика» у стойки. Тот продолжал общение с барменом.
– От верблюда. Он, блин, неживой там совсем, полутруп, еле языком ворочает.
Какие, в жопу, бабы? Какой «Чивас Регал»?
– Так может, просто бухнутый?
– Может. Не знаю, – Берц ожесточенно поскреб пальцами лоб. – По-твоему, я бухого Ниндзю не видел? Слушай, Гвоздь, если хочешь проверить, топай на остановку, я тебя держать не стану. Только я туда не пойду, ну на фиг.
Он с озабоченным видом наполнил опустевшую рюмку, выпил. И едва не подавился. Стриженый мужик уже сидел за соседним столиком, лицом к ним. И в упор, не таясь, рассматривал Берца.
– Ну а вдруг там все по чесноку? – предположил Лопух. – Магомед приедет, туда-сюда, а нас нет, грачи зассали, прокинули – что тогда?
Берц хмурил брови, покусывал ноготь на большом пальце.
– Не переживай, найдут… – бросил он с пугающей уверенностью. И понизил голос. – Я думаю вот что, грачи. Или это мне кажется, или в самом деле какая-то фигня происходит… В общем, если Ниндзю менты повязали… а оно скорее всего так и есть, нам надо заранее сговориться, что и как у нас было этой ночью.
Чтобы потом косяки не пороть на допросах…
– Ты чё, Берц? – Лопух испуганно оглянулся. – О чем ты?
– Я же говорил, сваливать надо, – вспомнил любимую присказку Гвоздь.
«Чиж» за соседним столиком уже названивал по телефону.
– Правильно говорил. Грачи, блин, улетели… – Берц вдруг скорчил страшную рожу, вскочил на ноги. – Уходим! Быстро!
Они не успели даже выйти из-за стола. Взвизгнула, стукнула о стену входная дверь. Как вода в лопнувший батискаф, в зал стремительно хлынули темно-серые фигуры в балаклавах, с автоматами наперевес.
– Полиция! Всем оставаться на местах!
Кто-то из посетителей заорал не своим голосом.
Но темно-серые, похоже, точно знали, кто им нужен. Треснули ножки стула под Лопухом, взметнулись вверх руки, он начал заваливаться спиной вперед, ему не дали упасть – подхватили и аккуратно уложили лицом вниз. Берца, который попытался оказать сопротивление, вбили в стол, распластали, как тушку цыпленка-табака.
