Вот примерно так Ящик жрал яблоко."
"«А вдруг они каннибалы, как этот маньяк из “Молчания ягнят”?» – подумал Ниндзя. И осторожно перевел глаза в сторону, не поворачивая головы. Тут он с удивлением обнаружил на переднем сиденье Цифру. Она что-то искала в бардачке, потом достала оттуда солнцезащитные очки, нацепила на нос и сидела тихо и очень прямо, как на уроке. Он, хоть убей, не помнил, как Цифра садилась в машину. Выходит, на какое-то время терял сознание. Какая-то фигня с ним происходит, честное слово…
Ехали где-то в районе Северного кладбища.
На светофоре рядом остановилась машина, где громко играла музыка. «Последний герой», группа «Кино». Доброе утро, последний герой. Доброе утро тебе и таким, как ты. Доброе утро, последний герой. Здравствуй, последний герой…
Потом выехали за город. Ниндзя считал повороты и запоминал указатели. «Откормочный», «Зарядье», «Боханы». Он никогда не был в этих местах и не слышал таких названий. В фильмах, когда везут заложника на какую-нибудь хату, всегда прячут его в багажник или завязывают глаза.
А ему ничего не завязывают. Значит, собираются кончать. Ящик догрыз яблоко и выбросил хвостик в окно. У Ниндзи вдруг скрутило живот.
– Кажется, блевану, – сказал он.
– Попробуй, – сказал Ящик и наставил на него свой ржавый гвоздь.
Наконец они приехали к Ящику на дачу. Дача так себе. Скорее, садовый домик. Раньше здесь был нормальный деревенский дом, но его разобрали, и бревна лежат штабелем под кусками полиэтилена. А вместо него поставили временную коробку из фанеры и сарай для стройматериалов.
Рядом вымерший хутор – покосившиеся заборы, полуразвалившиеся хаты. Худое место. Внутри домика тесно и пахнет плесенью. В углу целая гора всякого барахла: пальто, пиджаки, куртки, туфли, сапоги, коробки какие-то… Старьевщики они, что ли?
Ящик долго возился с газовой плиткой, никак не мог подключить баллон. Ниндзю, чтобы не сбежал, посадили на землю у старой яблони, заставили ее обнять и обмотали руки скотчем. Ниндзя, пока они там возились, тоже не спал в тряпку и почти освободился от скотча – возможно, потому что обматывала Цифра.
Но немного не успел. Ящик, впрочем, ничего не заметил, чиркнул ножиком по скотчу и повел в дом.
– Кто был с тобой в баре на Платовском?
– Никого. Я один.
– Не свисти, пацан.
– Я честно. Я в такие дела никого не впрягаю…
Ящик вздохнул, посмотрел на Мамочку, потом на Цифру. Мамочка что-то готовила на плите, а Цифра смотрела телевизор.
