Прям вся жиром заплыла! Живот… Это же просто неприлично! Признайся – ты рассчитываешь, что тебе выдадут декретные? Глупости! Посмотри на себя, Люся, критично! И кому ты отрастила такой вульгарный бюст? Если собираешься сразить Таракашина, так он уже давно пытается прокрасться к тебе в мужья! Не стоит из-за него себя уродовать! Нет, Люся, я тебе рекомендую – утречком душ прохладненький принимать, зарядочку делать…
Люся медленно поставила утюг на гладильную доску, выдернула штепсель из розетки и удивилась:"
"– Ты ж сама только сегодня говорила, что у меня хорошая, миниатюрная фигура!
– Мне стыдно признаться, но я часто тебе лгу… – горестно опустила глаза Василиса.
– Люся, да! Я лгу! Но не всегда, а только когда говорю тебе комплименты, не подумай дурного!
Вероятно, у подруг назрел бы скандал или Люся бы опять разразилась диким ревом, но их отвлек грохот. Финли нашел «дичь» – электрическую вилку от утюга, долго таился, крутил толстым задом и наконец прыгнул. Тут же за ним сиганул Малыш, который ждал, когда кот начнет играть.
Естественно, гладильная доска не выдержала туши огромной псины, рухнула вместе с утюгом. Утюг приземлился на Васину комбинацию, которой можно было справлять полувековой юбилей, но дама старательно берегла дорогие кружева!
Люся с криком кинулась к доске, Василиса к погибшей комбинации, которая быстренько съежилась под утюгом, и в доме, на радость животным, началось бурное движение. Угомонилось неспокойное семейство только после того, как по входной двери кто-то бесцеремонно задолбил.
На пороге, сверкая новенькими клеенчатыми ботинками, стоял Таракашин. Скинув невзрачное пальтишко на руки изумленной Василисе, он прошествовал на середину комнаты в обновках и театрально раскинул руки:
– Люсенька!! Горлинка моя! Лети скорее к своему горлу… горлину… Черт! В общем, выходи, птица моя, я для тебя припас замечательную весть!
Встретив гостя, Василиса, недолго думая, стряхнула с рук его пальто прямо в прихожей и даже не стала его журить за то, что он опять выставил ее горничной.
Что и говорить – Васенька с Виктором Борисовичем друг друга чуточку ненавидели. Она не могла простить ему предательства своей подруги, а он не мог видеть ее, когда… Да он просто не мог ее видеть! Потому что всерьез подозревал, что, если бы не эта длинноносая баба, Люсенька уже давно вернулась бы к нему вместе с деньгами папаши. И потом, Василиса постоянно его обижала! Но сейчас она только прислонилась к косяку и терпеливо ждала, чем же порадует их Таракашин.
