Один, например, такой вечно небритый, прямо вылитый мелкий воришка на доверии. Изредка встречающиеся исключения только подтверждают это общее правило.
Зато слегка помятый человек лет шестидесяти пяти, сидящий передо мной, выглядел самым настоящим джентльменом. Несмотря на то, что одет был в старые трикотажные спортивные штаны, сильно растянутые на коленях, футболку не по размеру и шерстяную кофту весьма странного вида. Это потому, что его долго и старательно обучали им быть."
"Сначала в академии, куда он поступил из войск каким-нибудь старшим лейтенантом, неделями не вылезавшим из портупеи.
Поначалу, я уверен, галстук сдавливал ему шею. Пиджак штатского образца сидел на нем как седло на той корове. В брюках, не заправленных в сапоги, бедняга чувствовал себя так же неловко, как собака на заборе.
Потом он привык к новой форме одежды, можно сказать, сжился с ней. Потому что учить у нас умеют.
– Добрый вечер, уважаемый Павел Григорьевич, – учтиво произнес я. – Вопросы, просьбы? Можете даже выругаться.
Ручаюсь, мы не обидимся.
– Начнем с просьб, – сказал он и изящно стряхнул с сигареты излишек пепла. – Нельзя ли одолжить у вас что-нибудь огнестрельное или, на крайний случай, чугунную сковородку?
– Зачем?
– Немного наказать этого молодого человека. – Павел Григорьевич кивнул в сторону Благородного дона.
Тот пристыженно опустил голову. Кончики его ушей приятно порозовели.
– За что, интересно?
– За третий заход в трефу на шести пиках. – Тут последовал еще один кивок, на сей раз в сторону Графа.
– Он должен был остаться без одной, а получилось, что без виста остался я. Вы опростоволосились, юноша, – сказал Павел Григорьевич, и у Благородного дона даже шея покраснела. – Благодаря вам не сыграл мой пиковый король. За такое в приличном обществе бьют шандалами.
– С этим все ясно, – сказал я и тоже закурил. – Виновный будет строго наказан, обещаю. Давайте-ка перейдем к вопросам.
– Давайте, – охотно согласился он. – Меня взяли на улице.
– Джентльмен наклонил голову. – Причем достаточно грамотно. Двадцать лет назад то же самое со мной проделала контрразведка одной из стран Западной Европы. У ваших получилось намного чище.
– Стараемся, – заявил Геша. – Могем, если очень захочем.
– Вот только меня несколько удивил выбор места. – Павел Григорьевич мило улыбнулся. – Думаю, на подходе к дому было бы удобнее.
– Там вас тоже ждали. – Граф выложил на стол три фотографии.
