Например, человеческая глупость."
"Наконец мои спутники отмерли и вознамерились так же резво помчаться осуществлять свой дерзкий план штурма академии. Едва успела их остановить и в двух словах сговориться, что завтра нужно встретиться. Хотя бы обсудить то, что по пути к алтарю не успели. Ну и банально договориться о том, как поддерживать связь. А то потеряемся потом в этом странном мире — и как развестись?
Когда они удрали как наскипидаренные, я, все так же прижимая к себе узелок со своим добром (с которым рассталась лишь ненадолго в кабинете экзаменаторов, и то по причине того, что пришлось оттаскивать оборотнистую шавку за хвост), направилась к южной башне.
Энжи сидела подозрительно тихо, и это не могло не насторожить. Я дернула плечом, на котором вольготно расположилась крыса. Голохвостая, что всю брачную церемонию провела так же на моем плече, лишь слабо пискнула и… захрапела. Я не поверила и, вывернув шею, уставилась на погрызуху.
Та бессовестно дрыхла! Даже лапкой во сне подергивала, умывая мордочку.
Хотела было ее аккуратно спустить: не ровен час, упадет ведь, расшибется с дремы-то, но тут моя крысявка сама соизволила проснуться.
— Разбудила? — спросила для проформы.
— Нет, — довольно зевая, ответила Энжи. — Выспалась. А то устала за тебя трястись. Бедовая ты, из одного не успела выпутаться, в другое ввязалась… Пока я дремала, хоть замуж-то вышла? — как ни в чем не бывало осведомилась она.
Мне оставалось лишь вздохнуть. Мою печаль погрызуха расценила по-своему.
— Ну да, семейная жизнь — она такая.
Не вздохи на скамейке… — А потом ехидно добавила: — Скорее уж стоны, а вот где — в спальне на постели или над пригоревшим котелком на кухне, — зависит исключительно от жены.
— Тьфу ты! — воскликнула в сердцах. — Я не об этом.
— И я тоже, — уже серьезно начала крыса. Видимо, окончательно проснулась. Причем не только она сама, но и ее острый язык. — Ты хотя бы поняла, с кем связалась?
— С аристократом. — Я скривилась, припомнив, как расточительно Альт разбрасывался монетами, особо их не считая, и под конец на извозчика у него не осталось.
— И с жутко не приспособленным к обычной жизни типом.
К этому моменту мы уже вышли на небольшую площадь, что расположилась во внутреннем дворике академии. Фонтан, журчащий по центру, манил к себе кого прохладой, кого мерными, успокаивающими звуками, кого удобными бортиками, на которые можно было присесть.
— Не переживай. Зато, я так понимаю, у него старший братец жутко хозяйственный. Ничем не разбрасывается.
