– Скажи, что ты сделала!
Ниа застонала.
– Ну что же ты? Скажи ей! – на шее Пони вздулись вены. – Давай, рассказывай, черт тебя!…
– Пони, заткнись. Ты до смерти перепугала ее!
– Она это заслужила… Да ее не просто напугать надо! Она… вот сволочь! – разъяренная амазонка швырнула на кровать скомканное одеяло и отошла к окну, резко отдернув тяжелую штору и уставившись на бледное предрассветное небо.
Я повернулась и в полном недоумении посмотрела на Криттер, – единственную среди нас, кто вроде бы еще сохранял хоть какое-то подобие рассудка.
"
"– Ниа попросила своего муженька приехать и забрать ее. Мало того, она очень подробно объяснила Ричарду, как добраться до ранчо.
– Что??? – не веря собственным ушам, я глянула на Ниа, которая все еще пребывала в ступоре и вряд ли могла произнести хоть слово.
– Криттер, с чего ты взяла?
– Одна из наших, Твикер, вместе с Чито моталась в Лас Вегас забирать Ниа. Твикер пришлось немного подзадержаться, чтобы удостовериться, что нет слежки. А вчера вечером она подслушала, как Ричард договаривается с приятелями.
Он хвастал, что Ниа сама вызвала его, и собирался, по его словам, ""притащить домой и хорошенько поучить эту суку уму-разуму"".
Криттер провела рукой по шевелюре и глубоко вздохнула: ""Это было часа четыре назад"".
– И сколько их?
– Шестеро. На трех машинах.
– Вот дерьмо!
Криттер снова вздохнула: ""Да уж…"".
Пони медленно повернулась, оставив наконец в покое штору: ""Эта… идиотка подставила каждую из нас! Каждую!"" Амазонка горько усмехнулась.
«Не то, чтобы это кого-то удивило, так уже бывало…Но это…это…» – она стиснула зубы с такой силой, что мне показалось, что я слышу их треск. Потом сжала кулаки и, выплюнув одно-единственное слово: ""Сука!"", снова уставилась на улицу.
Я справедливо рассудила, что попытки успокоить Пони ни к чему хорошему не приведут, поэтому обратилась к Криттер: ""Что будем делать?"" Однако ответила мне именно Пони, все еще глядя в окно: ""Этот козел навсегда должен забыть дорогу к ранчо!"".
Когда она оторвалась от созерцания внутреннего дворика и посмотрела на нас, в ее глазах не было гнева. Только холодная решимость.
– Криттер, буди Чито, соберите всех женщин в доме. Никто не должен выходить. Никто не должен покидать ранчо. Заприте двери. Это приказ.
Криттер молча кивнула.
– Я растолкаю Монтану и подниму амазонок. Мы разберемся с этими ублюдками.
– Ясно.
– О'кей. Тогда – вперед, за дело.
– А я? – мне стало обидно, что обо мне словно забыли.
