— Что-нибудь нам скажете? — ловит её взгляд Богдан.
— Пока ничего. Неоднозначная ситуация.
Пока я одеваю молчаливую раскрасневшуюся Булочку, Богдан у двери ждёт Марину. Она выходит, врезаясь в него от неожиданности. Он протягивает ей молча лист в файле.
— Что это?
— Я подаю на тебя в суд.
— За что?! — с сомнением.
— За причинение вреда здоровью. В тонике был препарат, который попадает под статью.
— Пф… Докажи, что это я его туда положила. То же мне статья! Это всех баб пересажать надо.
— Доказать, может, не докажу, но ты будешь под следствием на момент суда.
Хорошего дня!
— А я подам ответный иск о клевете, и ты тоже будешь под следствием, к тому же ты у нас недееспособный, забыл?
— Не надо лугаться! — сердится Ариша.
Богдан подхватывает её на руки, и мы уходим.
— Как вы пообщались с мамой-Мариной? — осторожно расспрашиваю я.
— Хавошо.
Переглянувшись, молчим.
— Ты хочешь у неё… погостить? — вспоминаю формулировку психолога на первой встрече.
— Я хочу пиццу…
— Пиццу — легко! — сворачивает Богдан к пиццерии.
В голове всплывает кусок пиццы, с сочащимся жиром плавленным сыром. Резкий приступ тошноты подкатывает внезапно! Отбегаю к обочине с чёрным талым сугробом. Выворачивает…
Капец.
****************************************************
Богдан
Сидя в машине листаем каталог со свадебными платьями.
— Может, простое белое купить? — начинает смущаться Ася, глядя на цены. — Все же свои будут.
— Нет. Ты будешь в свадебном. И свадьба будет настоящая. Это не обсуждается!
— Дан…
— По уставу отвечать, — шутя, оскаливаюсь я.
— Есть! — улыбаясь, морщит нос Синичка.
— И честь отдавать… ежедневно.
— Пошляк, — прикусывает губу, покрываясь румянцем.
Бросаю взгляд на часы.
— Пора. Пожелай мне удачи, — притягиваю за грудки к себе и жду поцелуя.
— Удачи!
Лёгкий чмок превращаю в полноценный поцелуй. Не могу насытиться до сих пор.
Нахмурено вытирает блеск от помады с моего лица.
— Как себя чувствуешь? — провожу пальцем над её скулой.
Нездоровится моей Синичке.
Щеки чуть впали. Бледная.
— Нормально… — опускает взгляд. — А ты?
— Да мне-то что будет? — нервно улыбаюсь я.
Самочувствие более-менее, но до конца реабилитации ещё далеко. Я пытаюсь снова обмануть систему, чтобы встать в строй. Мне это нужно для работы и для ""опеки"".
— Не бравируй! — сердится Ася. — Голова болит?
— Я же бесчувственный, — улыбаюсь ей. — Ну какая голова, детка?
— Головы, и правда, нет, — сетует Синичка. — Несерьёзно, Богдан Максимович.
