— Перевёрнутая семёрка Кубков, перевёрнутое Солнце… Плохой знак. Очень! — шепчется Алла Борисовна с дочерью. — Планы рухнут… Не стоит и затевать!
— Мама, прекрати!
— Ну куда ты повезешь ребёнка? Зачем?
— Это мой ребёнок, я его родила и я разберусь! Но с этой девкой он жить не будет!
— А с какой ""девкой"" он будет жить, пока ты будешь на съемках?! Кто ей будет готовить, стирать, убирать? Ты же вся ""в высоких материях"", — скептически, — тебе не до этого.
— Поедешь с нами."
"— Нет! — взмахивает руками Алла Борисовна.
— Не надо своё ведро на мою голову. У меня театр! В следующем месяце премьера.
— В этой дыре?
— Это моя ""дыра""! Так что попрошу… — строго.
— Если ты не хочешь ей заниматься, зачем ты тоже подала документы на опеку?! — с недоумением восклицает Марина.
— У меня бы вещий сон… — загадочно.
— Да, Боже! — раздражённо.
Прокашливаюсь.
— Плутон… — подбегает Булочка к бабушке.
Вытаскивает из открытой сумки бабушки яблоко. Приносит мне откусить. Марина молча наблюдает за нами. Давит меня взглядом.
Вжимаясь в меня спиной, Булочка, нахохливается.
— Не надо смотлеть! — сердито. — Не смотли на маму!
Замахивается яблоком. И мне немного жаль Марину за то, что Ариша ее не любит. Забираю из руки.
— Доча… — одергиваю её. — Нехорошо ругаться.
— Ховошо… — упрямо.
— Иди ко мне, — зовёт её Алла Борисовна.
— Иди-иди… — подталкиваю я.
— Ты видишь, какая она стала агрессивная?! — слышу голос Марины, выходя из кабинета.
— Она просто в меня, я тоже такая была, — парирует Плутон.
Сегодня она будет общаться с Мариной и психологом без нас.
Выхожу за дверь.
Богдан, нервничая, мерит коридор шагами.
— Ну всё, — останавливаю его, обнимаю его за пояс, кладу голову на плечо.
Прижимает за плечи. Укачиваем так друг друга, пытаясь успокоить нервы. Адвокат нас не обнадёживает. Пятьдесят на пятьдесят…
— Что мы будем делать, если Аришу отдадут ей?
— Не отдадут, — сжимаются губы в белую линию. — Я не позволю. Это моя дочь. И жить будет со мной.
Поднимаю лицо. Прижимаемся губами.
— Здравствуйте!
Оборачиваемся.
Психолог, который работает с Аришей. Богдан застывает. Он не очень ей нравится. Молчаливый, хмурый, вспыльчивый… Ну вот такой он с посторонними! Зато нас любит. А других не обязан.
— Здравствуйте… — вразнобой отвечаем мы, отходя друг от друга.
— А где Арина?
Киваю на кабинет.
— Вы только бабушку не выгоняйте, — неуверенно бросаю ей вслед затухающим голосом.
И мы ждём. Долго. Молча.
Часа через полтора психолог выводит на руку к нам Аришу.
