— О, кому-то не терпится, — хихикаю я.
— Я провел последние двенадцать часов в чужой одежде, — говорит он. — Больше не могу.
Я и забыла об этом. Сначала прикид из магазина, потом одежда копа.
Должна сказать, я немного разочарована причиной, почему он так быстро раздевается…
Хотя я все равно наслаждаюсь зрелищем.
Его мускулы бугрятся, когда он срывает рубашку и скидывает брюки.
А потом он снимает трусы-боксеры.
У меня изо рта течет слюна, когда я смотрю на его член.
В данный момент он расслабленный, но все равно огромный.
Длинный, толстый и красивый, он тяжело болтается взад-вперед, когда Адриано двигается.
Даже в вялом состоянии он больше, чем у моих бывших, когда они были твердыми.
Я чувствую, как между ног начинает разливаться тепло…
И тут его член начинает расти…
Становиться еще длиннее, пока он болтается там…
С каждым ударом сердца он становится все толще и толще…
Пока не начинает подниматься в воздух, сантиметр за сантиметром.
Я понимаю, что пялюсь, и поднимаю на него глаза.
Он ухмыляется. Ему явно нравится, что я возбуждаюсь, глядя на его член.
Это видно по тому, каким большим он становится.
Он тянется ко мне и тут же начинает поднимать мою кружевную блузку.
— Давай сначала мы примем душ.
Я усмехаюсь и помогаю ему снять с меня одежду в рекордные сроки.
Когда я оказываюсь раздетой, он прижимается ко мне и глубоко целует.
Его обнаженная кожа такая теплая на фоне моей…
А его член, теперь уже твердый, обжигает.
Наконец он прерывает поцелуй и ведет меня за руку в ванную.
Она великолепная и чисто мужская — черный мрамор и плитка, сверкающая сталь.
Душ представляет собой огромный куб с тропическим душем площадью девять квадратных футов. Когда он включает его, это похоже на муссон.
Я вхожу внутрь и подставляю лицо под струю, наслаждаясь горячей водой, которая струится по всему телу.
Потом я слышу звук, как будто он намыливает руки.
Я чувствую слабый запах сандалового дерева.
И ощущаю, как его скользкие руки касаются моей груди и намыливают меня.
Я стону, чувствуя, как он гладит мою грудь…
Поглаживает мои твердые соски…
И нежно обводит их.
Я открываю глаза от брызг и смотрю на него, он ухмыляется, глядя на меня, его волосы мокрые.
— Надо вымыть их, — рычит он.
— Нам нужно вымыть, и кое-что еще, — бормочу я.
Я нахожу кусок мыла и намыливаю свои руки.
Затем опускаюсь вниз и обхватываю его яйца правой рукой…
И медленно провожу левой рукой по его огромному стволу.
