У отца открывается рот.
— Значит… он существует…
— Кто?
— Меццасальма, — шепчет отец.
Меццасальма является не обычной фамилией. Не только потому, что она довольно редкая, но и из-за того, что она буквально означает:
Полутруп.
— Кто он? — спрашивает Дарио у моего отца.
— Когда я спросил Серджио, почему так много полицейских переводится из других городов, он сильно испугался. Обычно Серджио был самоуверенным ублюдком, но тут он выглядел так, словно только что увидел привидение. Он сказал мне, чтобы я не лез не в свое дело, если не хочу получить пулю в затылок.
Я вышел в соседнюю комнату, собираясь уйти, когда услышал, что он разговаривает с одним из своих головорезов. Мне стало любопытно, и я прислушался. Я услышал, как он сказал: «Меццасальма будет здесь через неделю». Второй парень выругался. А потом Серджио сказал: «Дону Агрелла лучше знать — никогда не приглашай вампира в свой дом».
— Я услышал шаги, приближающиеся ко мне, и поспешил уйти.
— Из того, что сказал Серджио, я могу только предположить, что за смертью Агрелла стоит Меццасальма.
Адриано начинает говорить.
— Перед тем как я его застрелил, этот парень, Серджио, говорил всякую странную чушь. Например, что я не могу уберечь его от дьявола, и что он убьет Серджио, если тот заговорит.
— Это был Меццасальма, — говорит мой отец.
Никколо хмурится.
— Я не понимаю. Ты подслушал что-то об этом человеке, Меццасальма, но это не объясняет, почему ты скрывался.
Мой отец выглядит пристыженным."
"— Агрелла держали меня под своим контролем… У меня проблемы с азартными играми.
Я испытывал стресс… шел выпить… и следующее, что я помнил, — это то, что делаю ставки в блэкджек. В конце концов, я проигрывал… и тогда я просил в долг.
— И Агрелла давали тебе в долг, — сочувственно говорит Никколо.
— Да. Я никогда не хотел быть частью их организации… но всегда был должен им деньги. И единственный способ расплатиться — делать все, что они хотят. В общем… пару недель назад я сорвался.
Напился и проиграл еще шесть тысяч. Я был в ужасе… потому что знал, что никогда не выйду из-под их влияния… И тогда Серджио сказал мне, что если я сделаю последнюю работу, то мы будем в расчете.
— Ничего себе, — говорит Никколо, явно потрясенный.
— Да, — говорит мой отец с печальной улыбкой. — Это очевидно было тревожным сигналом. Серджио дал мне портфель, полный запечатанных конвертов, и список имен — пятнадцать полицейских, которые сотрудничали с мафией.
