— В этой одежде я чувствую себя чертовски странно, — бормочет Адриано, когда мы идем по тротуару.
— Не привык ни к чему, кроме дизайнерских костюмов? — поддразниваю я его.
— На самом деле, да, — признается он. — Хотя, должен сказать, эти ботинки отлично подойдут для того, чтобы выбить из кого-нибудь дерьмо.
— Замечательно, — саркастически замечаю я. — Рада, что тебе хоть что-то нравится в твоем наряде.
Он ухмыляется, когда мы подходим к Мерседесу, который он припарковал на небольшой стоянке у железнодорожной станции.
Он открывает багажник, бросает нейлоновую сумку и снова закрывает его.
— Мы поедем на этой машине? — спрашиваю я. — Если ты не хочешь, чтобы люди думали, что ты наркоторговец, то ты сейчас не выглядишь так, чтобы ездить на Мерседесе стоимостью в 100 тысяч.
— 400 тысяч.
Я смотрю на него.
— Что?!
— Это Майбах. Плюс бронезащита сильно увеличивает стоимость.
— Эм… мы должны беспокоиться о бронезащите? — нервно спрашиваю я.
— Нет, если мы будем посещать только низкопробные места.
Я хочу держать машину поблизости на случай неприятностей, но лучше мы пойдем пешком.
— Хорошо. Первое место находится прямо по дороге.
Через пять минут мы добираемся до первого букмекерского салона.
Этот переулок — комплекс на цокольном уровне в нижней части разваливающегося здания. С улицы к нему ведут ступеньки, и там есть металлическая дверь с открывающимся окошком, чтобы можно было выглянуть и посмотреть, кто ты.
Я знаю об этом месте, потому что отец привел меня сюда, когда мне было одиннадцать лет, в один из самых позорных периодов его жизни.
Одно время он так глубоко погрузился в свою зависимость, что брал меня с собой, если маме приходилось задерживаться на работе.
— Только не говори маме, — всегда просил он.
Поэтому в подростковом возрасте я точно знала, где искать, когда он исчезал на несколько дней. Мама возила нас по всем его местам, и мы заходили туда, чтобы найти его, пристыдить и вернуть домой.
Он пытался спрятаться от нас в туалете, но либо его товарищи по играм издевались над ним до тех пор, пока он не уходил, поджав хвост, либо парни, которые управляли салоном, выгоняли его.
— Погоди, — предупреждает меня Адриано, когда я направляюсь по дорожке к двери.
— Что?
Он показывает головой, и я следую за ним через квартал в другой переулок. Мы идем, пока не доходим до мусорного контейнера в сорока футах от улицы.
Он вытаскивает пистолет из задней части джинсов; рубашка хорошо скрывает его, пока он идет.
