Меня даже начинает подташнивать, пока я быстрым шагом смываюсь подальше от родной матери. Сколько себя помню, меня волновал вопрос: каково оно — жить с адекватной, любящей матерью? Девочки из школы и института жаловались на излишне строгих матерей, с которыми не могли поговорить по душам. Как по мне — лучше излишне строгая мать, чем такая, как у меня, не стесняющаяся обсудить интимную пластику и вставные сиськи.
Я убегаю во двор и сажусь на скамейке возле дорожки. Лучше подожду тут отца. Уже почти стемнело, и скоро мы должны отправиться.
В глубине двора, за ровно подстриженными кустами роз я вижу детскую игровую площадку. С яркой горкой, песочницей, качелями и домиком. Сердце неприятно колет обида. Это все сделали к рождению Мирослава. Жаль, что только для него этот дом и этот сад стал родным. Только у него он будет вызывать теплые воспоминания, когда Мир станет намного старше."
"Спустя полчаса со стороны дома раздаются шаги. Я поворачиваю голову. Отец спускается по ступенькам, разговаривая по телефону.
Лениво окидывает взглядом двор, но меня, похоже, не замечает. Я сижу в тени.
— … нет, — доносится до меня его голос, — не рыпаться, пока он не отдаст моего сына. Даже если будет медлить. Нет. Как только Мир будет рядом со мной — прикрываете меня и можно начинать, еще раз повторяю. Это ясно? Запомни, сука. Как два своих пальца. Часть охраны Садаева отрежем на входе. Чтобы меньше людей его окружало.
Потом спишут все на чей-то заказ. Место там идеальное. Окна простреливаются отлично.
Боже. У меня пробегают по телу мурашки размером с крупного таракана. Он выманил Рустама, чтобы убить там. Идеальный план. Сегодня я стану вдовой. А, может, и сдохну рядом. Отец не станет тревожиться из-за моей смерти. Только жаба немного подушит из-за упущенного наследства. Зато будет прекрасное алиби: он не замешан в этом. Его дочь убили заодно с зятем. Какая трагедия.
Я медленно поднимаюсь с лавочки, когда отец проходит мимо меня.
Он заметно вздрагивает и резко разворачивается.
— Твою налево, — выдает недовольно он, — ты что притаилась? Давай в машину мою садись.
— Ладно, — говорю я. Быстро обгоняю отца и чувствую, как подозрительный взгляд жжет спину. Он подозревает, что я все слышала. Надеюсь, он считает меня полной идиоткой, которая может только сбегать из дома и беременеть от его конкурента, а не мысленно сейчас просчитывает, как разрушить планы родителя.
