Ну что ж, у Тэнзи, несомненно, благие намерения, но зря она повторяет рассказ, который полиция объявила несостоятельным. Очень зря, — с нажимом повторил Лэндри. — Я сказал об этом Джону открытым текстом. Его первейший долг — обеспечивать соблюдение интересов клиентки. Мне — террин из свиной ноги, — обратился он к проходившей мимо официантке, — и бутылочку воды. Без газа. Так вот, — продолжил он, — скажу без обиняков, мистер Страйк. По целому ряду причин, и достаточно веских, я против того, чтобы ворошить обстоятельства смерти Лулы.
Не жду, что вы со мной тут же согласитесь. Для вас изнанка семейных трагедий — это источник заработка. — Он опять сверкнул агрессивной, сухой улыбкой. — В чем-то я вам даже сочувствую. Все мы должны как-то зарабатывать на жизнь; найдется немало людей, которые скажут, что у меня такая же паразитическая профессия, как у вас. Тем не менее для нас обоих, по-видимому, будет целесообразно обсудить некоторые факты, которые Джон, как я предполагаю, замалчивает.
— Прежде чем мы углубимся в эту тему, — сказал Страйк, — скажите, в связи с чем конкретно Джон задерживается на работе? Если сегодня ему неудобно, я назначу новую встречу; но во второй половине дня у меня запланированы другие дела.
Он все еще разбирается с делом Конуэя Оутса?
Его осведомленность ограничивалась тем, что выболтала Урсула: Конуэй Оутс был американским финансистом; но сейчас упоминание покойного клиента фирмы произвело желаемый эффект. Высокомерие Лэндри, его начальственный тон и спесивые замашки улетучились без следа, оставив после себя лишь злость и потрясение.
— Джон не имел права… неужели он… Это сугубо конфиденциальное дело фирмы!
— Джон тут ни при чем, — сказал Страйк. — Это миссис Мей упомянула, что в связи с наследством мистера Оутса у фирмы возникли некоторые проблемы.
Совершенно подавленный, Лэндри забормотал:
— Меня удивляет… Никогда бы не подумал, что Урсула… миссис Мей…
— А Джон, вообще говоря, сегодня появится? Или вы постарались загрузить его работой?
Страйк не без удовольствия наблюдал, как Лэндри пытается сдержать злобу, взять себя в руки и вернуть разговор в нужное русло.
— Джон скоро будет, — выговорил наконец Лэндри. — Я рассчитывал, как уже было сказано, сообщить вам некоторые факты с глазу на глаз.
— Хорошо, в таком случае подготовлюсь. — Страйк вытащил из кармана блокнот и ручку.
На Лэндри это подействовало в точности как на Тэнзи.
— Попрошу вас не делать никаких записей, — сказал он.
