Дела тут делают осторожненько, понемногу, из года в год, одни и те рыла, а то и семейным подрядом. Переберешь тут – и баста, потерял место под солнцем. Поэтому карманники… они ведь и в Москве, надо полагать, особая каста, которая ни к какому потенциально опасному делу не приблизится… так, нет?
– Так, – признал Дементьев.
– …тут действуют еще более тонко. Тут, товарищ старший лейтенант, курорт, – Ругайн вновь ткнул пальцем вверх, – тут большие деньги, покойно, благодушно, теплые вещи не нужны. К тому же далеко не всегда даже ограбленные к нам приходят, а уж обыгранные – тем более.
Высокий процент латентности…
Генка уже был раздавлен, но все еще упрямо шевелил ножками и топорщил усики:
– Это почему так?
– Как вам сказать, – задумался капитан, потирая подбородок, выпирающий, как носок туфли, – представьте, что вы – трудящийся. Дали вам, наконец, отпуск. Летом! Вы идете в профсоюзную кассу, выбиваете путевку, да не под родной Магнитогорск, а именно во всесоюзную здравницу. Или, допустим, из неких таинственных ресурсов получилось добыть билеты на дефицитное направление.
Ну вот прибыли вы на перрон – и что ж, вместо того чтобы тотчас в море, пошли в притон и спустили отпускные. Разве так трудящиеся поступают? Особенно «северяне», которые солнца не видят по полгода?
– Почему ж сразу «северяне»? – поинтересовался Дементьев.
– Хотя бы потому, что другим трудящимся серьезно играть обычно некогда и не на что. Для прочих потолок – спустить червонец попутчику по плацкарту. Так – не так?
– Понятно уже, понятно, – заверил Гоманов.
"
"Очень ему повезло. Будь на месте Ругайна он сам или тот же Дементьев, то воспитание с поучениями и приведением подходящих притч продолжилось бы еще сутки, а то и далее, а то и спустя полгода-год процесс тыканья носом в лужи возобновлялся бы при каждом удобном поводе.
Однако местный капитан был великодушнее московских.
– Вот. Так что даже не беспокойтесь, щипач он аккуратный, на случайный карман не полезет. А если вам нужно мое мнение…
– Нужно, – заверил Дементьев.
– …то разумнее устроить операцию иного рода.
И рассказал, какого именно.
* * *Миша Усольцев по кличке Солист пребывал в приподнятом настроении. Голова с похмелья не болит, погода прекрасная, море теплое, денег предостаточно, можно не работать по мелочам, добывая на условный бутерброд. Размышляя над тем, куда направить свои стопы в модных остроносых туфлях, он рассматривал две альтернативы: к Майке или в «казино» к Осипычу.
Одно не просто исключало другое.
