— Сбежать? — Разочарование подкатывает к горлу — я чувствую себя так, словно попал в дом развлечений, где реальность растянута и искажена, и я не уверен, как мне вернуться к нормальной жизни.
На челюсти Джулиана дергается мускул, когда он достает из внутреннего кармана пиджака листок бумаги. Он протягивает его мне.
— От Бьянки. Она оставила это для тебя.
Даниил,
Прости меня за ту боль, которую я тебе причинила. Я никогда не была влюблена до тебя, может быть, поэтому я так долго не замечала, как безумно и глубоко я влюбилась.
Если бы я могла вернуться назад и сделать все по-другому, я бы сделала это.
Знай это."
"Единственная милость, которую я могу оказать тебе, — это то, что я взяла свою судьбу в собственные руки. Страшное решение о том, жить мне или умереть, больше не за тобой. Я собираюсь отомстить. Я буду тем, кто вырвет последний вздох из тела моего дяди, кто будет наблюдать, как из него вытекает жизнь. Возможно, после этого я проживу недолго, но это будет того стоить.
Я сказала Хорхе, чтобы он приехал за мной и отвез меня обратно к дяде в Колумбию. Он думает, что я хочу его вернуть, но я также хочу увидеть его мертвым. Хорхе и моего дядю.
Я жалею только о том, что не послушала свое сердце раньше. Если бы я прислушалась, то поняла бы, что ты — мой самый лучший союзник, что ты помог бы мне отомстить быстрее и жестче, чем это сделало бы ФБР. Чего я и хочу. Очевидность — сука.
Я люблю тебя,
Б
Я вскакиваю на ноги, смятение поглощает меня изнутри.
Тошнотворный треск наполняет воздух, когда я бьюсь о ближайшую стену, но мне нужно почувствовать боль. Это единственное, что может меня сейчас успокоить.
Я несу за это ответственность.
Из-за меня Бьянка пожертвовала собой. Из-за меня, из-за того, что я твердолобый мудак, отказавшийся дать ей хоть унцию мягкости. Хуже того, я так и не сказал ей того, что, возможно, изменило бы ситуацию. Что я собираюсь дать ее дяде именно то, чего этот ублюдок заслуживает — медленную, мучительную смерть, в которой я заставлю его перечислять все его проступки и грехи, прежде чем его кишки прольются у моих ног.
Но моя глупая упрямая гордость помешала мне, и теперь я потерял ее навсегда.
ГЛАВА 35
Бьянка
Мускусный воздух и запах тропических растений врывается в ноздри. Мое тело липкое от влажности, которая висит в этой части света. Мне это знакомо, ведь я частично выросла здесь, но это не успокаивает.
Я открываю глаза и ко мне все возвращается.
