– В следующем году дома тебя закрою, чтобы не пришлось искать по всей области.
– Ой, неловко вышло, – очаровательно улыбается, чтобы задобрить меня, льнет к груди и смотрит на меня снизу вверх преданно, как ласковая кошечка на хозяина.
Черт возьми, это работает!
Забываю, как чуть себе все не отморозил по ее вине. Ничего нет важнее этих красивых, широко распахнутых глаз.
Стареешь, Высоцкий. Совсем сдаешь позиции.
– Не то слово, – бубню гораздо спокойнее. – Хорошо, что ты мне тогда не дозвонилась, потому что разговаривать я мог только матом.
– Прости… – морщит носик, и задорные веснушки скачут по покрасневшим щекам. – Но ты сам виноват – надо было прогноз погоды посмотреть.
– Мне было все равно, какая погода. Я тебя вернуть хотел, – честно нашептываю, окончательно расслабившись. – Добраться до вас так и не смог. Дозвониться – тоже, потому что кое-кто занес мой номер в черный список, – качаю головой и с укором цокаю, заставляя Сашку стыдливо прикрыть лицо ладонью. – Зато нашел контакт тещи.
Она оказалась гораздо сговорчивее родной жены.
– Ты серьезно? – скептически поглядывает на меня исподлобья. – Мама мне ничего не говорила…
– Она заверила меня, что ты в порядке и под присмотром целой семьи, а мне посоветовала вернуться домой и подождать, пока ты сама перебесишься.
– Неправда, не могла она такого сказать. Мама меня любит и всегда на моей стороне, – фыркает Веснушка, не веря до конца, что мы с тещей так быстро спелись.
Я сам обескуражен, но Раиса Георгиевна оказалась на удивление понимающей и чуткой женщиной.
Стоило мне в общих чертах объяснить, на что обиделась Саша, как она сразу же стала моим союзником. Порекомендовала не пороть горячку, сначала решить свои проблемы, наказать врагов, а после этого с доказательствами невиновности ехать к ревнивой Веснушке. Так я и поступил. Сегодняшнюю встречу нам тоже организовала Раиса Георгиевна, специально отлучившись якобы в гости. Она специально оставила нас с женой наедине.
В теории, меня должен быть ждать романтический вечер с жарким примирением и всеми вытекающими.
Однако идеальный план разбился о Сашкино упрямство.
– Так я тоже люблю, – устало вздыхаю, чувствуя на себе испытывающий взгляд. – Но это не мешает мне злиться на тебя и ежесекундно справляться с острым желанием тебя наказать, – опускаю взгляд на тест, зажатый в ее кулаке. – Саш, ты вообще не собиралась мне признаваться?
– Собиралась, – раскрывает подрагивающую ладонь. – Но я сама только узнала.
