— Сэр Витальевич, а когда мы приедем?
— Ужинать…
— Срать…
— Душили-душили, душили-душили…
— Ты не пройдёшь! — перегородил магистр дорогу выехавшему вперёд барду.
— Я только спросить, — указал Тошнило на небольшое селение в отдалении.
— Сборище идиотов… — махнул в конце концов рукой недорослик. — Хрен с вами, езжайте в горы, не убивать же вас в самом деле.
Когда Братство Конца проехало по дороге, магистр Хомка сплюнул им вслед:
— Сами помрёте. Восточная гряда не терпит никаких глупостей.
* * *
— Да ты не очкуй, Рыжебород, я так уже сто раз делал! — отверг все возражения гнома рыцарь.
— На месте разберёмся, найдём путь, прорвёмся.
Горы впереди, и правда, казались громадными, заслонявшими собой полнебосвода, но Виталик не сомневался, что легко найдёт способ преодолеть все преграды. Игра — это вам не реальная жизнь, перепрыгивай себе через препятствия, нажимая пробел, что может быть проще?
— Нельзя идти в горы без должного снаряжения! — никак не мог успокоиться гном, но его переживания оставались гласом вопиющего в пустыне.
Братство Конца стремилось как можно скорее оказаться подальше от владений Тысячи Пещер, а потому безрассудно неслось вперёд, взбираясь всё выше в предгорья.
Проблемы начались почти сразу. Огромный фургон Братства перевернулся, угодив в выбоину на узкой дорожке. Забрав всё самое «необходимое» и оставив Криворучкина с Косоглазом чинить переднее колесо, остальные продолжили путь налегке. Как быстро выяснилось, необходимое с точки зрения Виталика и необходимое с точки зрения похода — совершенно разные вещи.
Во Вратах Барана простым жмяканием пробела горы не одолеть.
Со второй трудностью они столкнулись, когда спустя два дня странствий вышли на то же самое место, где оставили фургон. Рядом с горами не было нормальных дорог, а из-за необходимости постоянно сворачивать, спускаться и лезть наверх заблудиться оказалось проще простого. Пришлось тщательно изучать карту, дарованную бароном Мангором. А также забрать с собой Криворучкина, поскольку за время их недолгого отсутствия он умудрился раздолбать не только повреждённое колесо, но и половину фургона.
Вместо него, в подмогу Косоглазу оставили Онанистуса, тому явно требовалось занять руки делом…
Через три дня пути Братство Конца достигло-таки подножия гор, начался трудный подъём. Вскоре пришлось оставить коней, животные не могли карабкаться по крутым склонам. Чреволюбу поручили отвести лошадей обратно к фургону. Поредевшее Братство Конца с минимумом поклажи поднималось всё выше.
