Забавно поддернув штаны, он утер нос рукавом и, с вызовом глянув на улыбающуюся троицу «ветеранов», решительно заявил:
– Научусь. Батька мог, и я смогу. Мы, – поправился он, оглянувшись на старшего брата.
– Дай-то бог, ребятки, – кивнул Елисей, тепло улыбнувшись. – Тогда завтра со светом у ворот тетки Радмилы встретимся. Одеться как в долгий переход. Главное, чтобы обувка по ноге была. Запомнили?
– Будем, – решительно кивнул Андрей.
– И не спросите, почему про обувку особо сказал? – поинтересовался парень.
– Так чего тут сложного? – пожал Васятка плечами, снова шмыгнув носом.
– В лесу ноги первое дело. А как ноги сбил, так и все. Не пластун ты более.
– Верно. Добре вас отец учил, – улыбнулся Елисей и, махнув рукой, скомандовал: – Всё. До завтра. Готовьтесь идите.
– И мешки заплечные приготовьте, – не удержавшись, подсказал Мишка.
– А мешки зачем? – удивились новички.
– Это он поторопился, – вздохнул Елисей, укоризненно глянув на мальчишку.
– Мешки нужны будут, когда вы постоянно заниматься станете.
В них песок нагрузим, чтобы привыкали подолгу тяжесть носить и силы в теле прибавлялось.
– Добре, приготовим, – кивнул Андрей и, дернув брата за плечо, отправился домой.
За ними потянулись и остальные. Проводив их взглядом, Елисей повернулся к своим башибузуками и, сложив руки на груди, жестко сказал:
– Значит, так, орлы, и те, которые летают. Услышу, что стали над новичками смеяться или задевать их чем, точно выпорю. Вы все, как один кулак, быть должны. Это дома вы или сами по себе, или просто братья.
А тут вы все побратимы. Братья в войне. Запомните это. Над новичками не издеваться, а помогать надо. Кто знает, как оно повернется, и тот же новичок тебе в первом же бою может жизнь спасти."
"Глядя на серьезные, задумчивые физиономии мальчишек, Елисей убедился, что его слова были услышаны, и, кивнув, скомандовал:
– Ну, хватит тут придорожными столбами прикидываться. Домой пошли. Еще дел много.
Женщины встретили их на крыльце и с ходу принялись оценивать новинки, когда в калитку осторожно вошла вдова Лизавета.
Увидев ее, бабка Радмила одобрительно улыбнулась и, сойдя с крыльца, позвала:
– Проходи, Лизавета, не тушуйся. Случилось чего, или опять нужда какая?
– Да я вон, к Елисею, – робко кивнула вдова на парня. – Огольцы мои сказали, что сами к тебе в ученье просились, и ты взять согласился. Так ли?
– Так, – коротко кивнул Елисей.
– А как же с оплатой быть? – растерялась женщина. – Мне и предложить тебе за то нечего.
