– В крепости встретитесь, там и расскажешь. Здесь не место и не время, – ответил старик со странной торжественностью в голосе и, поднявшись, набросил на голову капюшон висевшего за спиной плаща.
Только тут Елисей понял, что для этих людей все вокруг совсем не игра. Плащ был сделан из медвежьей шкуры, и капюшоном служила его голова с верхней челюстью.
* * *«М-да, похоже, придется ехать в какой-нибудь крупный город и проводить очередную акцию экспроприации», – усмехнулся про себя Елисей, выкладывая на прилавок серебро.
По наводке бабки Радмилы он заказал на своих воспитанников три комплекта одежды с кожаными вставками на локтях, коленях и пятой точке. Да и сама одежда была пошита из материала вроде тонкого брезента. На ум парню сразу пришла аналогия с джинсой, когда он увидел материал, но эта штука была толще и прочнее. И вот теперь Елисей с интересом оглядывал переодевшихся ребят, которые смущенно перетаптывались в углу.
– Ну как? Нравится? – поинтересовался Елисей, чуть улыбнувшись.
– Ага, – дружно качнули мальчишки чубами.
– Нигде не жмет, не трет, не давит? Учтите, в лесу перешить уже не выйдет.
– Не, здорово все, – в один голос заверили ребята.
– Ну, смотрите, башибузуки, потом не нойте. А узнаю, что кто-то где-то себе натер, там и выпорю, – грозно пообещал Елисей.
– Круто ты с ними, – одобрительно проворчал хозяин лавки."
"– На то и учеба, – пожал парень плечами. – Сейчас только шкура пострадает, а в бою могут и головы лишиться.
В ответ на эту сентенцию мальчишки быстро переглянулись и чуть заметно заухмылялись. Продавец, заметив их ухмылки, недоуменно пожал плечами и, быстро пересчитав деньги, выложил на прилавок сдачу. Смахнув монеты в ладонь, парень попрощался и, жестом выгнав ребят на улицу, спросил, выйдя следом за ними:
– Ну, и над чем вы там ржали?
– Да ты вечно выпороть грозишься, а сам даже леща никому не отвесил, – рассмеялся Мишка.
– А что, хочется? – иронично поинтересовался парень.
– Не, не надо, – тут же ушел мальчишка в отказ. – Просто смешно стало. Чуть чего, так сразу выпорю. А глянешь, так и не за что.
– Так, может, потому и не за что, что грожусь? – поддел его Елисей, шагая по улице к дому.
Мальчишки задорно расхохотались. Они уже почти добрались до дому, когда навстречу им вышло сразу пятеро мальчишек в возрасте от десяти до четырнадцати лет примерно.
