— Вам получше?
— В целом? — спрашивает сварливо. — Или по частям? — опять тихо стонет, раздражённо трёт виски."
"— Раз способны огрызаться, значит, уже лучше, — киваю и направляюсь к выходу.
— Операция! У меня же сегодня плановая… — этот идиот резко встаёт и тут же, покачнувшись, теряет равновесие. Я подскакиваю ближе, поддерживая его за талию и подставляя плечо.
Добрынин смотрит на меня сверху вниз и обречённо зажмуривается.
— Вы… вчера помогли мне перебраться на диван, — утверждает, не спрашивает.
Что, стыдно смотреть в глаза? Так тебе и надо!
— Что ещё вспомнили? — спрашиваю, помогая ему сесть обратно.
— Больше ничего.
И слава богу!
— Не переживайте, плановая операция Шевренкова перенесена, у него проявилась аллергическая реакция неясной этиологии.
— Откуда?
— Оттуда, — фыркаю и всё-таки иду на выход.
— Анна Николаевна… — догоняет меня голос в дверях.
Оборачиваюсь к начальству.
— Спасибо.
— Пожалуйста, — отвечаю спокойно, но тут же кое-что вспоминаю и, поколебавшись, решаю спросить: — Никита Сергеевич, у кого вчера был день рождения?
На мгновение замечаю в глазах мужчины всплеск самой настоящей паники.
— Почему вы спрашиваете? — он отводит взгляд, но я вижу, как закостенели в напряжении его плечи, и решаю сдать назад. В конце концов, это не моё дело.
— Вы говорили о дне рождения кого-то из сотрудников, наверное, я неправильно поняла, — вру, не моргнув и глазом, — не переживайте.
Выйдя из кабинета, тут же нарываюсь на Ираиду Сергеевну — необъятных размеров ординатора, счастливо проспавшую всю ночь — впрочем, как и всегда.
— Аннушка, вы же были выходная, — подозрительно смотрит на меня женщина.
— Меня вызвали к моему пациенту.
Ага, в вытрезвителе подработать.
— А-а, — тянет Ираида, оглядывается на кабинет Добрынина, потом опять на меня. — Никита Сергеевич на месте? Так рано?
— У него плановая должна была быть с утра, но отменилась, — пожимаю плечами.
— Вы как всегда в курсе, — глаза Ираиды Сергеевны насмешливо поблёскивают.
Мысленно чертыхаюсь, прямо слыша, как крутятся шестерёнки в её голове — не хватало мне слухов, что я грею постель начальству. С другой стороны… у нас всё равно все сплетничают про всех. В одном крыле больницы чихнёшь, из другого «будь здоров» кричат.
Устало собираюсь и еду домой — вчера меня привёз Полкан, так что добираться приходится на общественном транспорте. В квартире меня встречают соскучившийся мистер Дарси и пустой холодильник.
