Женька часто просил меня что-то передавать своим друзьям, поэтому я, не раздумывая, соглашалась. Это было несложно, потому что обычно это происходило по пути на работу.
- Послушай меня, Катя… - продолжает Давид.
Не успеваю я навострить уши, как кто-то зажимает мой рот ладонью и телефон тут же падает из рук на асфальт. В ноздри вбивается запах дешевого табака и бензина. Я тихо мычу и пытаюсь укусить руку, но у меня не получается.
Кто-то с силой начинает волочить меня в сторону парковки, продолжая зажимать рот.
Сопротивляться бесполезно – я понимаю это сразу же. Липкий страх плавно окутывает моё тело, я барахтаюсь в чужих руках словно тряпичная кукла и больно царапаю ступни об асфальт. Мои дешевенькие балетки теряются где-то по дороге.
- Назад её, - слышу хриплый голос за своей спиной.
Моих похитителей двое. Один открывает салон старой иномарки, а другой – бросает меня на пол между сиденьями, и я больно ударяюсь головой.
Пытаюсь подняться, потому что в таком положении затекают конечности, но мне не дают этого сделать.
- Лежать, - приказывает всё тот же голос, надавливая на спину холодной рукой.
Глава 3.
***
Мы едем бесконечно долго. Кажется, что целую вечность. Тело затекает после первой же минуты езды в неудобном положении, но шевелиться я не смею. Смертельно боюсь. Не знаю, что за люди выкрали меня, но понимаю, что с ними шутки плохи.
До последнего момента надеюсь, что автомобиль остановится, меня достанут из машины и скажут, что глупо и совершенно несмешно разыграли. Но машина сворачивает из загородной трассы на ухабистые дороги, и я осознаю, что это совершенно не розыгрыш.
Меня правда похитили, вот только пока непонятно с какой целью.
Кажется, что каждый камешек и каждая выбоина оставляет на моём теле синяки. Невыносимо больно и всё сложнее терпеть.
Автомобиль вдруг резко тормозит, и я напрягаюсь. Слышится звук открываемой двери, дуновение сквозняка по спине. Куда меня привезли и что со мной будет?
- Поднимайся, - приказывает мужской голос.
Тот самый, что волочил меня к автомобилю и бросал на грязный пол.
Поняться самой у меня не получается. Конечности не слушаются, а из груди вырывается слабый стон. Кто-то болезненно дергает меня за локоть и вытаскивает из автомобиля. Ноги подгибаются, потому что онемели и я едва не падаю на землю.
- Шагай, шагай!
Меня грубо волочат в дом. Он двухэтажный и сделан из кирпича, но рассмотреть территорию я не успеваю, потому что на улице темным-темно и нигде не светят фонари.
