Я понимаю, что это он волочил меня в автомобиль и придавливал к полу. Внешность часто бывает обманчива.
- Снимай джинсы, будем развлекаться.
- Н-нет, - заикаюсь я и отползаю в угол.
Бежать мне некуда, поэтому я просто зажмуриваю глаза, чтобы не видеть происходящего. Уж лучше бы они убили меня сразу же, чем касались и трогали.
Я ощущаю как грубые руки опрокидывают меня на спину. Пальцы резко расстегивают пуговицу на джинсах и опускают вниз. Я бессвязно бормочу слова мольбы, но это мало помогает. Спустя секунду я остаюсь в одних трусиках и ощущаю тошнотворные прикосновения.
- Марат! – слышу посторонний голос откуда-то сверху.
Господи, их здесь больше, чем два. Сколько? Трое? Четверо? Все они будут издеваться надо мной?
- Какого хрена? – ругается тот же голос.
Слышатся торопливые шаги и третий тоже оказывается в подвале.
- Хозяин велел не трогать её, урод.
Прикосновения амбала ко мне прекращаются, и я выдыхаю. Не знаю как надолго, но кажется моя персональная казнь только начинается. Взять меня силой лишь дело времени.
Меня никто не спасёт, потому что Женька пропал без вести и возможно сам находится в беде.
Похитители о чем-то негромко переговариваются. Слов разобрать не получается. Мне хочется только исчезнуть отсюда, раствориться и продолжать жить своей спокойной жизнью, подрабатывая в ресторане. Все же было хорошо… Чем я провинилась перед судьбой?
Гаснет свет, и я остаюсь одна. Сквозь тошноту, подбирающуюся к горлу, сажусь на бетонный пол и тянусь к джинсам. Дрожащими руками надеваю их и жду, что абмал вернется и продолжит начатое.
Я застегиваю ширинку и ощущаю, что сдерживать себя не могу. Меня выворачивает прямо на пол. В тот же угол, где несколько секунд я сидела. Меня рвёт желчью, потому что последний приём пищи был давно. Я ошибочно полагала, что после работы спокойно вернусь домой, приготовлю омлет и лёгкий салат.
Пытаюсь найти в темноте какую-нибудь тряпку, но здесь почти пусто, не считая нескольких ящиков. Отодвинувшись подальше, я опираюсь головой о холодную стену и закрываю глаза.
Кажется, что мне даже удаётся подремать, потому что суровую действительность я воспринимаю иначе.
- Просыпайся, - до меня доносится грубый мужской голос.
Я открываю глаза и щурюсь. В подвале вновь горит свет, мужчин здесь двое. Незнакомые мне, новенькие. Могу только догадываться сколько их здесь всего.
Тело сотрясает мелкой дрожью, а зубы начинают громко клацать от страха.
- Умоляю, не надо… - шепчу мужчинам.
Он хмыкает и качает головой.
