Кстати, этот наркоман всю дорогу у меня мычал, что баба сама просила наказания.
«Конечно. А через неделю этот урод бы заявил, что немного толкнул ее, а она подтвердила, заявившись с новыми синяками по всему телу… Еще бы меня обвинили, невменяемую соседку с черным поясом, и полицию за вмешательство в нормальные семейные отношения. О как! Больная любовь у них. Лучше уж одной, но здоровой и гордой, а не так… Идиоты!»
— Ну, конечно, женщинам же только и нужно, чтобы мужики их калечили, доказывая свою любовь, — грубо рявкнула, чувствуя, что во мне поднимается злость.
— Хм, некоторым на любовь наплевать, — едко заметил Лыков, кидая камень в мой огород.
«Словила, и в сторону откинула!»
Сделала вид, что не поняла намека. Спокойно достала себе стакан и налила яблочного сока. Слыша щелчок чайника, налила кипятка в кружку и кинула заварку, добавив ложку сахара. Поставила на стол, тут же сухо предложив:
— Есть будешь?
— Ты готовишь? — удивленно осведомился он и, поднявшись, направился к раковине, мыть руки.
— Нет, ради приличия спросила, надеясь, что ты откажешься, — без улыбки и всяких там скромных ужимок выдала.
— Давай, — пробурчал он и вернулся на свое место.
И зачем предложила?! Уверена, только потому, что переживаю, что столько вчерашних котлет не съем, а выкидывать то, что приготовила сама, притом очень вкусно, не хотелось. Совсем. С учетом, что с утра я уже сварила куриный суп, от котлет нужно было избавляться. Натаха сегодня была не столь разговорчива, так что все прошло спокойно, и мне очень понравилось.
Думаю, пока бабушку выпишут, я освою азы кулинарного дела.
Так рассуждала, направляясь к холодильнику, ставя себе галочку уменьшать дозировку, а то как бы кормежка гостей в привычку ни вошла. Наложив порцию и разогрев, поставила на стол, наблюдая, с каким удовольствием Владимир молча уплетает. Все же у него был огромный плюс — когда он ел, не разговаривал. Никогда. Ел быстро, красиво, но не было понятно, вкусно или нет.
По этому человеку нельзя сказать, доволен он или нет, пока сам не скажет. Минус, что курит, как паровоз, но при его должности, это нормально. Они там поголовно курят.
Отодвинув пустую тарелку в сторону, Володя задумчиво посмотрел на меня, сидящую на стуле с противоположной стороны, пьющую сок, и довольно резко произнес:
— Так кто тебе этот Львов?
— Кто бы ни был — не твоя забота, — лучезарно ему ответила.
