Не теряясь, ударила мужика с обратной стороны колен, отчего он ушел вниз, хрипя и шипя. Пока была занята, увидела, что сожитель убегает. Только собралась за ним, как мимо меня пронеся младший Львов, хватая его, а Кристина, сбегающая по лестнице, громко закричала:
— Ирка как?!
Секунду бестолково смотрела на трясущуюся подругу детства, закрывающую худыми руками синее лицо, и рванула к ней. Подошла и, сев, осторожно погладила по плечу.
— Ира. Ирина!"
"Кровь шла из носа, рта, присутствовала на одежде и кожных покровах.
Попробовала поднять, но женщина захрипела в немом крике, тяжело дыша. Повернувшись к Львову, скрутившему сожителя Дубининой, спросила:
— Телефон есть?
Артур глянул на себя, а именно придирчиво осмотрел шорты с пальмами и футболку в сетку, и только задумчиво посмотрел по сторонам, думая, где взять. Послышалось проклятье. Мы моментально повернулись к стене, наблюдая, как Кристинка мощно толкнула в угол мужчину, пытающегося ее укусить за ногу, а потом нам крикнула:
— Нужно сходить до соседей…
— Вот.
Вот связь, — послышалось со стороны лестницы, и оттуда вышла баба Галя, держа в руках старенький простой телефон. Она отдала его Кристи, а та кинула мне, спрашивая:
— Куда будешь звонить?
— В скорую, а потом в полицию. Сегодня вроде Володька работает на нашем участке.
— Тогда ему на сотовый звони. Он примчится.
Не обратила внимание на тонкий намек подруги, и набрала телефон горячей линии скорой помощи, мгновенно выдавая все, что наблюдала при внешнем осмотре, попросив прислать бригаду немедленно.
Потом на секунду задумалась и по памяти набрала номер Лыкова, надеясь, что он возьмет.
— Да, — раздался грубый голос мужчины, на что произнесла:
— Это Лида. Ты работаешь?
— Лида. Рад слышать. Уверен, что не соскучилась, а по делу. Что случилось?
— Тут девушку сожитель и неизвестный мужик зверски избили. Скорую вызвала, а…
— Они ушли или…
— Да с чего бы ушли?! Давай сюда с ребятами. Забери этих ушлепков, чтобы все стены нашего дома в их крови не были уделаны.
— Лида, ты осторожнее! Не забудь, что у тебя пояса и… посадить могут, если вдруг… убьешь кого.
— Я старалась как можно нежнее. Поскорее… — проворчала, возмущаясь, что нашел время, когда учить. Сама в курсе.
— Понял. Через семь минут буду, — выдал он и положил трубку.
Смотрела на совсем бледную девушку и, отметив, что с рукой что-то не так, подумала — ее вывихнули. Дубинина совсем ничего не говорила, только мучилась, не в силах повернуться или вздохнуть без боли.
