Возможно, их, как ветеранов, не спишут подчистую, а определят в наземную команду, на орбитальную станцию или Лунную базу ОКС… Но думать об этом не хотелось, хотя салоны на базе были просторные, а кухня — выше всяких похвал. Литвин, однако, предпочёл бы тесный кубрик и скудный корабельный рацион, лишь бы полёты не кончались. Все дальше и дальше, от Юпитера к Сатурну, от Сатурна к Урану, Нептуну, Плутону и, наконец, в тёмные бездны, что отделяли Солнце от ближайших звёзд…
Он вздохнул. Вряд ли эта мечта исполнится за время его жизни.
Термоядерный привод разгонял корабли до скоростей, вполне пригодных для путешествия в Солнечной системе, но для экспедиций к звёздам требовалось нечто иное. То, что изобретут далёкие потомки…
Таймер снова звякнул.
— «Гриф-один» — кораблю. Все параметры без изменения.
— «Гриф-три» — кораблю. Визуально и на локаторе ничего не наблюдаю, но фон вырос на двенадцать процентов.
— У нас на пять процентов. Вероятно, подходим к точке взрыва.
Это был Шеврез, но тут же раздался голос капитана:
— «Грифу-три» и «грифу-четыре».
Установите градиент роста остаточного излучения. Иду к вам, вы ближе к эпицентру. «Гриф-один», «гриф-два», следуйте за мной. Дистанция от тридцати до пятидесяти километров.
— Понял, — произнёс Литвин.
— Приступаю к маневру, — сообщил Коркоран.
Им с Макнил предстояло покружить в темноте и пустоте, ориентируясь на показания датчиков. Потоки ионизированых частиц и гамма-квантов, рождённые странным взрывом, ещё не рассеялись окончательно, и, при известном старании, можно было обнаружить центр феномена.
«Что-нибудь там да найдётся, — подумал Литвин, меняя свою траекторию. — Если реактор грохнул, будут обломки, а если камень распылили, то прах его ещё витает над Юпитером».
С камнями ему приходилось иметь дело. Одной из главных задач ОКС была космическая безопасность, то есть защита Земли от интенсивных солнечных вспышек и небесных тел, которые, свалившись на её поверхность, могли прервать победное движение цивилизации.
Среди малых планет имелось около полусотни объектов диаметром от километра до восьми, чьи орбиты пересекались с земной, а энергия возможного столкновения равнялась ста тысячам мегатонн[7]. В 1937 году один из них, Гермес, прошёл в восьмистах мегаметрах от Земли, то есть рядом в масштабе Вселенной. Ядерный арсенал и космические корабли были гарантией того, что катастрофы, погубившей динозавров, больше не случится.
