Хотел он хитро поступить: собрать воев и пойти в сторону городища, а там якобы от князя весточку получить и, отправив дружину к Вручию, самому за князем двинуться, взяв пару воев."
"Выехав из Любича, он всё время озирался по сторонам: Нежданка должна была послать гонца. Тот нагнал их почти у Искоростеня. Гостомысл досадливо поморщился, но деваться было некуда. Принял письмо, сделал вид, что прочёл. После чего объявил воям, что князь его на подмогу вызывает, а им следует помочь Вручанам отбиться от нежити. А заодно лес прочесать, на предмет вдруг кто упырей поднимает.
Сам же отозвал троих дружинников и в обратный путь двинулся.
Дружина его же дальше двинулась. По пути встретили воев искоростеньских и дальше уже великим войском пошли, будто не нежить рубить, а в поход ратный.
Во Вручии царила суматоха: простой люд по домам прятался, ставни закрыты, двери заперты, и лишь стражники на частоколе дозор несли. До вечера всё тихо было, бабы что посмелее даже обед снесли воям.
Но едва стемнело, послышался из лесу со стороны погоста вой, да такой, что кровь в жилах стыла.
То тут, то там замелькали красные глаза, и упыри — из тех покойников, что не на крадах жгли, а хоронили в моровых избах, некоторые из пришлых и вовсе своих мёртвых в землю зарывали — двинулись на Вручий.
Упыри лезли на частокол, цепляясь когтями за брёвна. Их мёртвые тела, покрытые гниющей плотью, источали смрад. Воины отбивались, рубя упырей мечами и топорами. Но упыри были сильны и неутомимы, а их число всё росло. Они перелезали через частокол, прорывались через ряды воинов и врывались в город.
В городище люди в страхе разбегались в разные стороны. Нежить же разрывала всех, кто попадался им на пути. Они вырывали сердца из груди, разрывали людей на части, высасывали кровь.
Воины пытались сдержать тварей, но силы их были неравны. Упырей было слишком много, и они всё набегали откуда-то. Вскоре ряды воев были прорваны, и нежить ворвалась в город. Дружинники отступали, отбиваясь от наседавших со всех сторон мертвецов.
Воевода Искоростеня, видя, что город падёт, ежели не извести того, кто нежить поднимает, собрал своих лучших воинов и бросился в лес, чтобы найти лиходея. Долго бежал он по тёмному лесу, цепляясь за коренья да ветки. В снег проваливаясь.
И наконец они увидели посреди чащобы поляну. Стояла там старуха древняя в чёрном балахоне и что-то бормотала. В руках она держала посох, на верхушке которого был вырезан череп. Бросился он вперёд и снёс ей голову.
