– Васькин Владислав, Владик.
Широченная лапа толстяка до боли сдавила ладонь лейтенанта.
– Очень приятно. – Шустов повернулся к майору: – Это опять он, Кириллыч. Мы вскрыли сверток – все то же самое: разрезы тонким, скорее всего, хирургическим инструментом. Очень аккуратно. Внутренние органы наизнанку.
– Женщина?
– Да. Как обычно. Никаких документов. Мы сняли отпечатки пальцев, будем искать по компьютеру.
– Свидетель?
– Пустышка. Мужик остановился отлить, увидел сверток и сразу же позвонил в полицию.
Я его отпустил.
– Третья жертва, Сергей, – негромко бросил Корнилов, – а он все не цепляется.
– Умен, собака.
Полицейские отошли чуть в сторону.
– Первая и вторая были приезжими, – Шустов почесал затылок, – если она тоже, можно говорить о почерке.
– Работает через вокзалы? – Андрей покачал головой. – Так мы его никогда не найдем. Должно быть что-то, что их связывает.
– Должно, – согласился капитан. – Как бы нас на этом деле не сломали, Кириллыч.
Андрей улыбнулся:
– Паникуешь?
Никто не удивился, когда отдел специальных расследований, наводящий тихий ужас на московских уголовников, бросили на серийного убийцу Вивисектора.
Слишком уж чистеньким был послужной список Корнилова.
– Ходят слухи, что кое-кто уже делает ставки на Вивисектора.
Жизнерадостный толстяк был своим человеком в канцелярии управления и снабжал шефа исключительно свежими и проверенными сплетнями.
– Напомнишь мне их фамилии, когда мы с Вивисектором разберемся.
– Договорились. – Сергей кивнул на дорогу.
– К нам гости.
Со стороны Волоколамского шоссе к месту происшествия быстро приближались несколько пестрых фургонов.
– «Дорожный патруль», «Петровка, 38», НТВ, – на глазок прикинул капитан. – Быстро они сориентировались.
– Проклятье. – Корнилов снял очки. – Как я выгляжу?
– Как герой.
– Тогда порядок.
Андрей спрятал очки в карман и стал терпеливо ждать репортеров. На заре карьеры он обычно отказывался от интервью, считая мелькание на телеэкране делом ненужным и бессмысленным, но, возглавив отдел, вынужден был пересмотреть свои взгляды.
Полиция должна отчитываться перед налогоплательщиками, и немногословный Корнилов, исправно штампующий восемь-десять громких дел в год, стал излюбленным героем телевизионных репортажей. Правда, после длинного и серьезного разговора с генералом Шведовым.
– Сергей, – окликнул майор уходящего Шустова, – подожди меня, в управу вместе поедем.
– О’кей.
Андрей повернулся к камерам.
