— Что ты делаешь?
Конечно, она пришла и сунула нос в дверь! Разве она могла не прийти!
Как он будет жить, когда родится ребенок и ей станет не до него? И «до него» не будет уже никогда?!
— Я смотрю, — сказал Данилов недовольно и отодвинулся, чтобы она не касалась его, — и пытаюсь понять, что это такое.
— Ты эксперт-криминалист?
— Я не эксперт-криминалист, но, по-моему, это губная помада.
Марта сунулась еще ближе, почти касаясь носом его руки, в которой была зажата лопаточка.
— Почему? Почему помада?
Он подцепил на палец крохотный розовый сгусток и размазал его.
— Это точно помада. Она даже пахнет помадой. И блестит. Что добавляют в помаду, чтобы она блестела?
— Перламутр. — Марта тоже осторожно понюхала. Пахло действительно помадой. Она потрогала пальцем розовые остатки на лопаточке, размазала и снова понюхала.
— Что ты там говорила про толченое стекло и крысиный яд? — спросил Данилов.
— Женщина не может ударить по голове так, чтобы треснули кости, — уверенно сказала Марта, — если только она не такая… как твоя Знаменская.
— Да, — согласился Данилов. — Ты иди, я здесь все уберу и приду к тебе.
— Как ты думаешь, может, нужно эту… помаду оставить для экспертизы?
— Для какой экспертизы, Марта?
— Данилов, я считаю, что нужно обратиться в милицию, — сказала Марта твердо. Он усмехнулся.
— Давай обратимся, — согласился он любезно. — Что мы там скажем?
— Что разгромили дом Тимофея Ильича Кольцова, и ударили по голове его охранника, и написали на стене странную надпись голубой краской, что в постель тебе подкинули окровавленную рубаху — кстати, непонятно, чья там кровь, — а потом на зеркале…
— А Тимофей Ильич, и даже не он сам, а кто-нибудь из его окружения скажет, что у меня бред и никакой дом не громили.
Он сразу не позволил вызвать милицию. Охранник упал с лестницы и ударился головой. Все остальное чистой воды бред. Окровавленная рубаха в спальне, на зеркале написано «Ты виноват» — ну и что? Никого не убили и даже не покалечили.
Никакого, — Данилов поискал слово, — состава преступления нет.
— А машина? Которая хотела тебя сбить?
— Мало ли пьяных гоняет по вечерам!
— То есть в милицию мы не пойдем, — подытожила Марта злобно.
— Нет. Не пойдем.
— Ну и черт с тобой.
Оставшись в одиночестве, Данилов аккуратно соскоблил с зеркала все розовое, что там было, и сунул лопаточку в коробку из-под туалетной воды. Он и сам не знал, что будет делать с этими «вещественными доказательствами».
