– Ты поедешь за ними?
– Конечно, черт возьми! Разумеется, я поеду за ними! – Все попытки Кэма обуздать свой гнев потерпели фиаско, несмотря на то, что он и заставлял себя успокоиться – хотя бы ради того, чтобы не растерять достоинство. – Мне нужно остановить Лита, иначе он убьет Гарри. Пусть даже щенок и заслуживает этого.
Пенелопа внимательно посмотрела на мужа и, тяжело вздохнув, сказала:
– Мне кажется, тебе нет никакого дела до того, что случится с Гарри.
– Зато мне есть дело до этого скандала! Я хочу хоть как-то его пригасить.
К сожалению, это была не вся правда. Кэмден беспокоился и о других вещах. Он беспокоился за Пен, хотя намеревался отделаться от своей привязанности к ней еще до наступления рассвета. И беспокоился о безрассудном и беспечном Гарри Торне. А также – о глупой своенравной Софи Фэрбродер, ценившей любовь превыше всего остального. Но, увы, ее ждало горькое пробуждение от сладкого сна, едва только она лишится всех привилегий сестры маркиза Лита.
Любовь?.
. Мир был бы устроен гораздо лучше, если бы такого понятия вообще не существовало.
– Кэм, это моя вина, – тихо проговорила Пенелопа.
Кэмден ей не ответил. Да и что он мог ей сказать. Все уже было сказано. К тому же ему следовало немедленно отправляться в путь, если он хотел нагнать Лита.
И все же Кэм медлил, глядя вслед жене, медленно поднимавшейся по лестнице. Ее плечи были расправлены, а спина казалась настолько прямой, что могла бы потягаться с корабельной мачтой.
Если бы у него было сердце, он бы ее пожалел.
Но у него не было сердца. Пен растоптала его, оказавшись не той, за кого он ее принимал.
Глава 38"
"Когда герцог сбежал по ступеням, экипаж уже ждал у крыльца. Две самые быстрые его лошади, разбуженные до рассвета и оказавшиеся на холодной улице после теплой конюшни, беспокойно перебирали копытами.
Кэм решил полностью сосредоточиться на стоявшей перед ним задаче. Необходимо было как можно быстрее разыскать этого болвана Гарри Торна и его глупенькую возлюбленную.
А еще – удержать Лита от убийства и не дать повода властям вмешаться в дело, касавшееся только их двух семей.
И все же Кэмден не мог не думать о том, что все его попытки похоронить старые сплетни неожиданно обернулись крахом. Скандал подпитывает скандал, а посему пересуды о его матери и ее любви к обоим братьям Ротермер неизбежно возобновятся. Но если так…
Уж лучше думать об этом скандале, нежели о своей лживой жене.
