Вчерашние… то есть трехдневной давности кабаны?
Я повернулся к Амане, собираясь предложить ей и мальчику отойти в сторону, чтобы местные гиганты не затоптали. Огненная магия, конечно, хороша, но я не знал, способна ли она сжечь такую махину, как взрослый кабан, да еще и в движении. Нормальные звери, конечно, боятся огня, но никто не обещал, что обитатели этих болот окажутся нормальными.
Мое предупреждение запоздало, Амана с Зайном сами догадались отойти к дальним кустам. Вокруг рук Аманы появился слабый красноватый ореол — готовность в любой момент призвать огонь.
Шум стал громче, потом еще громче, и, раздвинув камыши, на мокрую землю вывалился Кастиан, но тут же вскочил на ноги. Раненым он не выглядел, только запыхавшимся.
— Надо уходить! — Кастиан махнул рукой в сторону, противоположную той, откуда бежал.
— Что случилось? — не то чтобы я был привязан к этому клочку болот, но понять причину хотелось.
— Там Безлицые! Режут местных. Я не знаю, заметили меня или нет…
— Уходим! — Амана, подхватив дорожную сумку, закинула ее себе за плечи и схватила Зайна за руку.
— Немедленно!
Я тоже подхватил свои невеликие пожитки. Кастиан, на мой взгляд, временами бывал излишне пуглив, а вот Амана пугливостью не отличалась, ее реакции можно было верить.
— Кто они такие? Эти Безлицые? — спросил я, догнав Аману. Ответить магичка не успела — что-то просвистело рядом с моим левым ухом и упало в воду, вызвав облако пара.
Я резко развернулся и увидел летящее в меня искажение воздуха. Наверное, у него было какое-то правильное название, но мне его никто не сообщил.
Искажение мчалось вперед с бешеной скоростью, до столкновения оставалась пара мгновений.
— Вниз! — крикнул я, правой рукой швырнув в искажение топор, а левой успев поймать и вдавить в болотную воду Аману с ребенком. И тут же сам упал рядом. Кастиан был слишком далеко, чтобы я мог для него что-то сделать.
Яркая вспышка на мгновение меня ослепила, и тут же пришел громовой раскат.
Впрочем, зрение вернулось почти сразу, и я увидел, что искажение исчезло, а мой топор висит примерно в трех акках над водой, будто воткнувшийся во что-то.
Хотя нет, не будто — воздух вокруг топора начал обретать плотность. Вот лезвие окрасилось красным — кроваво-красным. Вот красное потекло вниз, вот под ним проступило человеческое тело — с топором, расколовшим владельцу тела череп. Вот это тело покачнулось и начало падать.
Я машинально вытянул руку, будто мог ухватить рукоять топора до того, как оружие окажется под водой.
