Это было мясо! Много мяса! Много вкусного мяса!
Сейчас я очень жалел, что отпустил зверей.
— Водички попей, легче станет, — Амана протянула мне что-то, напоминающее самодельную флягу из коры. — Кастиану помогло, он тоже проснулся оголодавшим.
Я моргнул, только сейчас вспомнив про принца, и огляделся, но нигде его не обнаружил.
— Пей давай. А он на охоту пошел.
Я отпил пару глотков — вода в самодельной фляге оказалась чистой и ледяной — и действительно почувствовал, что голод еще немного отступил.
— Я долго спал?
— Трое суток, — так легко отозвалась Амана, что до меня не сразу дошел смысл ее слов.
А когда дошел, я поперхнулся водой и закашлялся.
— Сколько? — выдавил, когда смог говорить.
— Трое суток. Кастиан проспал чуть меньше, проснулся пару часов назад. Он, кстати, свалился почти сразу после тебя и его тоже оказалось невозможно добудиться.
— Разве это нормально?
Амана невозмутимо пожала плечами.
— А что в нашей ситуации вообще нормально? Мы непонятным образом вырвались оттуда, откуда не выходил еще ни один обычный человек.
Несколько суток сна после подобного — такая мелочь.
Я сделал еще несколько глотков, чувствуя, что терпеть голод становится легче. Я не спал и не ел все то время, что провел в имении Дасан. А сейчас мое тело будто с цепи сорвалось…
Или не будто.
— Обратная реакция, — сказал я, опуская флягу. — Мое тело добирает то, что не получило в Гаргунгольме.
Взгляд Аманы стал цепким.
— Верно. Похоже на магический откат. Интересно, он коснулся только сна и еды, или у вас с Кастианом в организмах произошли еще какие-то изменения?
Я честно прислушался к своему организму, но ни в каких других изменениях тот не признался.
Мой организм интересовала сейчас только еда.
Что-то шевельнулось в низкорослом кустарнике вдали, и я моментально развернулся в ту сторону.
— Утка, наверное. Они тут гнездятся, — сказала Амана. — Зайн одно утиное гнездо нашел, но все яйца мы уже съели, — добавила она немного виновато.
В кустарнике опять что-то шевельнулось. Я приложил палец к губам и аккуратно выдрал из влажной земли вросший в нее средних размеров булыжник.
Взвесил на ладони.
Амана и Зайн молчали, следя за моими действиями с одинаковым интересом в глазах. В кустах что-то вновь шевельнулось и я, размахнувшись, швырнул туда камень. Короткий звук — будто сломалась кость — и второй звук, булькающий, говорящий о том, что камень упал в воду.
Вскочив, я кинулся к кустарнику, раздвинул ветки — и с недоумением поднял свою добычу.
