— Но я знаю одно: город держится только благодаря вам, госпожа. Не забывайте об этом.
За дверью послышалась какая-то возня, и в комнату ворвалась Велисс. Увидев Риву, она шумно выдохнула, просияла от радости и подошла к девушке. Ласково сжала ладонями ее лицо. Рива икнула, затем тихонько рыгнула.
— Да она же пьяна! — накинулась Велисс на Гарина.
— Зато согрелась, — ответил брат.
— Выжили только эти двое? — спросила Велисс, увидев неподвижное тело Аркена.
— Увы, да. Лорд Антеш обыскал весь берег, но…
— Пятьдесят человек, — пробормотала Рива, не понимая, почему в комнате так темно.
— Я еще никогда не убивала столько народу за раз.
— Ты сделала то, что должна была, дорогая. — Велисс обняла ее за плечи, помогая подняться. — Пойдем-ка домой, твой дядя уже заждался.
— Пятьдесят человек, — шептала Рива, ее веки сделались такими тяжелыми, что невозможно было держать глаза открытыми, и мир померк. — Благословленная Отцом…
* * *Голова болела так, как она прежде и вообразить не могла. Рива даже подумала, не поместил ли Отец ей в голову невидимый бурав, наказывая за греховные сомнения.
Непрекращающийся грохот камней, бьющих в стену, усугублял ее страдания. Утром она первым делом отправилась осмотреть брешь, около которой поставили четырех гвардейцев, чтобы отвадить любопытных обывателей. Когда она шла по улицам, со всех сторон слышались удивленные или благодарственные крики, кто-то опускался перед ней на колени, словно перед Чтецом. Это было уже слишком.
— Прекратите! — заорала она пожилой паре, вставшей на колени в дверях своего галантерейного магазинчика.
Но старики продолжали благоговейно таращиться на нее снизу вверх."
"— Сам Отец послал вас нам, госпожа, — забубнила старуха. — Вы принесли городу его благословение.
— Я принесла только меч и лук, да и тот потеряла прошлой ночью. — Она взяла женщину за локоть, помогая ей подняться. — Не надо вставать на колени. Если уж на то пошло, вообще ни перед кем не надо. — Она увидела, что вокруг них столпились люди, они жадно вглядывались в ее лицо.
— Ползая на карачках, города не удержишь, а если падут его стены, нападающие позаботятся о том, чтобы вы весь остаток жизни провели на коленях.
Толпа помалкивала. На всех лицах, за исключением одного, было написано глубочайшее почтение. Молодая женщина с угрюмым отчаянием баюкала младенца. Ее щеки запали от голода. Малыш радостно хлопал ручонками по лицу матери. Рива подошла к ним. Люди, склонив головы, расступились.
