Согласно нашему договору, мы предложили доставить их в Королевство, но они наотрез отказались.
— Надеюсь, с ними все в порядке?
— Мы поселили их внизу, и, уверяю вас, они живы и здоровы. — Лорд Элль-Нурин прошел на веранду, жестом приглашая ее за собой.
Некоторое время они безмолвно смотрели на темнеющий город, причем лорд то и дело бросал быстрые взгляды на Лирну. Она сняла с головы шарф, приблизилась к владыке и склонила голову, выставляя напоказ следы ожогов.
— Не стесняйтесь, милорд. Рассмотрите их получше.
— Я… Прошу прощения, ваше высочество, — пробормотал тот, и Лирна отодвинулась, вновь повязывая шарф. — Просто хотел убедиться… — Он запнулся с мучительной гримасой. — Я видел вас однажды. Сразу после войны, когда вы посетили варинсхолдский порт, чтобы наградить экипаж одного из кораблей, который вернулся из какой-то длительной экспедиции."
"— Как же, помню. «Стремительное крыло». Первый наш корабль, доплывший до южной ледяной стены. Путешествие заняло у них пять лет.
— Впечатляющий подвиг, хотя мельденейские моряки совершили такой же лет двадцать назад.
— Лорд Элль-Нурин отвернулся к городу, где в темно-синей тени загорались все новые огни. — Как вам эта панорама?
— Красиво. — Лирна покосилась на владыку. — Вы, очевидно, собираетесь поговорить об ужасном преступлении моего отца и величии вашего народа, отстроившего такую красоту из пепла?
— Вижу, рассказы о вашей замечательной интуиции вполне соответствуют истине. Как бы там ни было, я хотел попросить вас внятно объяснить мне причины, по которым он это сделал.
— Ваши набеги досаждали ему все больше и больше, — просто ответила Лирна. — Король не мог позволить вам долее вредить нашей торговле, особенно учитывая давно вынашиваемый план войны.
— То есть он уже тогда ее задумал? И наш город был сожжен дотла только ради того, чтобы послужить войне, которая началась только через десяток лет?
— Подозреваю, он обдумывал эту войну еще до того, как обустроил толком свое Королевство. Она должна была стать вершиной его правления.
— Ну и как? Стал его разгром этой самой вершиной?
«В разгроме и была вся прелесть».
— Юношеские мечты со временем превратились в безнадежную аферу старика. Не будете ли вы так любезны ответить на один вопрос, милорд? Как ему удалось убедить владык кораблей перевезти его армию к берегам империи?
— Корабли, груженные золотом и лазуритом, а сверх того — обещание, что после победы Унтеш станет нашим. Богатейший порт Эринеев принадлежал бы Островам.
