— Матросы болтают, что сухопутные крысы в своем трюме шепчутся о заклинателе зверей.
«Та улыбка Фермина… Прежде чем воды поглотили его… Не забывайте, вы дали мне слово, королева».
— Был один, он как-то призвал эту акулу. Потому, наверное, она нас и преследует: ее удерживает какое-то эхо его приказа. Увы, подобные вещи выше моего понимания.
— Надо же, оказывается, и ты несовершенна, — фыркнул капитан, но его веселье быстро потухло. — До Островов осталось меньше недели пути.
— Где нас ждут владыки кораблей.
Я выполню наш договор. Обещаю, они мне поверят.
— Владыки владыками, а есть еще и Щит Островов."
"«Щит Островов». Благодаря шпионам своего брата Лирна знала о нем достаточно: пират, на которого возложена миссия защиты Мельденеев, и кстати — отменный фехтовальщик.
— Думаете, он мне не поверит?
— Важно не то, поверит он или нет, а то, заинтересуется ли он твоим рассказом. — Капитан обвел рукой вокруг себя. — «Морская сабля» — его корабль. Он лично присматривал за ее рождением на верфях.
Каждой дощечки, гвоздика и троса касалась его рука, а на этой палубе пролилось немало его крови. Вот уже многие годы «Сабля» утюжит океан. С ее помощью мы добыли немало золота и прочей наживы: больше, чем любой другой корабль, когда-либо рождавшийся на Островах. И вот теперь я веду «Саблю», а он прикован к скале, о которую бьются волны. Если бы он сам стоял сейчас у штурвала, мы давно уже были бы дома. Тебе вряд ли удастся одолеть его в двадцать ходов.
— На самом деле за пятнадцать, я просто старалась быть вежливой… Но почему же он прикован, этот ваш великий шкипер?
— Потому, — с сожалением произнес Белорат, вновь отворачиваясь к морю, — потому, что истинно великим людям непереносима мысль о поражении, даже если оно спасло тебя от смерти.
* * *— «Ожидаемый объем захвата рабов — двадцать пять тысяч, — читала Лирна. — Столь низкое соотношение с общей численностью населения основано на предполагаемом высоком уровне выбраковки.
Основная ценность Логова Змея заключается в портах и кораблях, которые потребно захватить. Сами же островитяне — не более чем невежественные дикари, волею судьбы достигшие мастерства в мореходном деле».
Владыки слушали молча, большинство их пребывало в полном замешательстве. Некоторые, подобно типу, восседавшему в центре, все больше свирепели. Жилистый, похожий на лиса мужчина нервно сжимал и разжимал руки, обтянутые перчатками.
