Страшно не было — напротив, было сначала весело, а потом грустно, когда эта скачка закончилась в темноте, в гуще деревьев. Я слезла со спины волка, а он лизнул меня, благословляя. Его язык скользнул по моему лицу, прогоняя ночные страхи. Потом он ушел. Утром меня нашел отец. В первый раз сеорда позволили кому-то из марелим-силь войти в лес, и первое существо, которое он здесь встретил, была я.
По ее тону Ваэлин понял, что Дарена давно уже смирилась с тем, о чем он сам только догадался: «Все это не просто так.
Мы оба с ней — дети волка».
— Сколько раз вы его видели, госпожа?
— Всего дважды. Причем второй раз — вместе с вами. А вы?"
"— Четырежды, — ответил Ваэлин, подумав про себя: «А может, и пять. Если считать тот раз, когда он был в виде статуи…» — И всякий раз волк спасал мне жизнь, так же как и вам.
Ее пальцы застыли, и он увидел страх в ее глазах: ту же самую напряженность, которую он заметил, когда впервые встретился с Мудрым Медведем.
— Но для чего он нас спасал?
— Не знаю. Может быть, как раз для этой войны, в которой нам придется сражаться.
— Когда волк благословил меня, я была слишком мала и только сейчас начинаю понимать, что чувствует столь невообразимо древнее существо. Должно быть, он много раз наблюдал за мелкими дрязгами странных бесшерстных двуногих, бегающих по земле и постоянно дерущихся между собой. Чем именно эта война могла его заинтересовать?
Ваэлин припомнил слова аспекта Арлина о судьбе, ожидающей Королевство в результате безумной войны короля Януса: «Оно падет обязательно.
И не просто разделится на враждующие фьефы, как прежде: оно превратится в руины, земля будет выжжена, леса сгорят дотла, и все люди — и народ Королевства, и сеорда, и лонаки, — все погибнут. Что еще нам остается?»
— Наверное, эта война затронет не только наш мир, но и его, — ответил Ваэлин. — Мы ведь оба с вами понимаем, что сразиться нам предстоит отнюдь не с одними воларцами.
— Для чего нам и нужен этот добрый брат. — Она бросила взгляд на Харлика, который что-то горячо обсуждал с Алорнис.
Ваэлину казалась, что сестру очаровали обширнейшие познания Харлика, и девушка часами донимала того вопросами, рассчитывая (до сих пор безрезультатно) поставить архивариуса в тупик.
— По-моему, он не слишком стремится делиться с нами своим знанием, — заметила Дарена.
— Ничего, поделится, — заверил ее Ваэлин. — Если потребуется, я вытрясу из него все, до последнего словечка.
* * *Следующее утро он провел вместе с эорхиль.
