Невнятный шепот, доносившийся отовсюду, пугал его до одури — сердце стучало, угрожая вырваться из груди и закатиться… Но там и закатиться ему некуда было, пустой коридор, куда тут закатишься?
Олег смутно помнил, как его везли в машине, потом — как суетились врачи и кто-то светил небольшим, но язвительным фонариком ему в глаза. Но сейчас он чувствовал, что болезнь отступила, жар, сжигающий его, схлынул, и остался он сам — словно выпотрошенная рыба, без сил и внятной перспективы. Болело горло — когда вставляли дыхательную трубку, он не помнит, но когда вынимали, он все ощутил.
Дверь открылась, вошла девушка, которая показалась ему знакомой. Рыжеватые волосы, белая кожа, большие серо-голубые глаза в пушистых ресницах. Девушка была одета в зеленую пижамку, на груди у нее висит стетоскоп, и всем своим видом она давала понять, что шутки в сторону и она врач.
— Ты вернулся. — Девушка улыбнулась и села на стул около его кровати. — Я знала, что ты не подведешь меня, выдержишь.
Олег вспомнил: девушку привел Генка, она — сестра Гришки Макарова, и зовут ее Наташа. Память возвращалась к нему, и он вспоминал звуки ужасной драки за дверью, и кто-то колотил кулаками в металлическую панель, требуя открыть и впустить, и глаза Наташи, такие испуганные, и как он велел ей даже близко не подходить к двери, не то чтоб открыть… А она бы открыла, та тетка орала просто ужасно. Но он нашел в себе силы вернуться из лабиринта и запретить.
— Пить хочешь?
И вот когда она спросила, Олег вдруг понял:
конечно, он хочет пить.
Воды, а лучше — свежевыжатого апельсинового сока или грейпфрутового, а лучше смешать и то и другое… Но где тут свежевыжатый сок, тут и вода, наверное, нефильтрованная.
— Хочу.
— Погоди, я сейчас…
Но никакого «сейчас» она сделать не успела, потому что дверь снова открылась и в бокс втиснулась высокая дама в синем платье. Волосы дамы были сколоты на затылке, серо-голубые большие глаза смотрели на Олега встревоженно и сочувствующе.
— Ведь просила сказать, когда он очнется. — Дама достала из пакета, принесенного с собой, термос. — Я тут сока ему свеженького сделала, надо бы его как-то напоить.
— Мама…
— Наташа, очевидно же, что мальчик хочет пить. Так, вот чашка… Помоги ему присесть, а я налью.
Запах свежевыжатого сока был восхитительным, и Олег выпил целую чашку, почти не ощущая вкуса, но упиваясь запахом свежих цитрусов.
