Королевская нареченная спокойно смотрела перед собой, не улыбаясь и не плача, оно и понятно: к третьему разу можно и привыкнуть, а молоденькая талигойка успела отдать руку Хайнриху уже дважды: по-оллариански и по-эсператистски. Сейчас дошло до варитского варварства. И до брачной ночи, после которой слезки могут и появиться.
Девушки добрались до дуба, Лауэншельд обнажил здоровенный, явно древний меч, и музыканты наподдали. Так завопить никакой мармалюце уже было не под силу. Мэллица вздрогнула, ее подруга даже не повернула головы, а повернула б, заметила вступавшего в сад жениха.
Хайнрих тоже принарядился, то есть обвешался чем можно и нельзя, и надел корону, явно древнюю и, судя по всему, тяжеленную. Матильда с чего-то вообразила, что Лауэншельд ухватит проходящего мимо государя за руку, но нет, хозяин Гаунау так и топал один. Зато с тем, что он свернет к правому, видимо, мужскому клыку, алатка угадала. Король неспешно и деловито промаршировал к самому острию, где и остановился, посверкивая короной и прочими железяками.
Селина с Мэллицей чуть-чуть, но отстали: гоганни, наступив на полу своего плаща, запнулась, но дальше все пошло как по маслу. Королевская невеста, все так же глядя перед собой, дошла до края обрыва, повернулась и что-то сказала Мэллице, которая послушно встала слева от подруги. Справа было место матери, если не настоящей, то свадебной, а вот дочь жениха касаться мачехи не может, пока та не родит. И додумались до такого вряд ли от хорошей жизни.
Ее высокопреосвященства, сама не понимая с чего, быстро приобняла Кримхильде и перебралась к Селине, которая как-то обошлась без книксена. Отчего-то показалось, что факелы вспыхнули ярче, а обледеневшая каменюка словно бы засветилась, хотя чего б ей не засветиться, лед ловит свет не хуже хрусталя."
"Как и кто отдал приказ музыкантам, и отдал ли, Матильда не заметила, но сперва из жуткого хора пропали волынки, а потом заткнулись и трубы с рогами, зато барабаны продолжали рокотать, обещая не то обвал, не то бой.
Лауэншельд резко рассек своим клинком воздух, наверняка свистнуло здорово, хотя с саблей всяко вышло б лучше.
– Пора, – шепнула Селина. – Ваше высочество, осторожно, возле камня замерзшая лужа.
– Идем уж! – Матильда ухватила девицу за руку. – Удачи тебе… Если что не так будет, приходи, поговорим. Слышишь?
– Да, ваше высочество, я обязательно приду, спасибо.
Жених с невестой столкнулись под самым носом Лауэншельда.
